Общеизвестно, что близнецы бывают двух типов. Дизиготные (двуяйцевые или разнояйцевые, неидентичные) близнецы развиваются из двух или нескольких одновременно оплодотворенных яйцеклеток. Монозиготные (однояйцевые, идентичные) близнецы — из одной оплодотворенной яйцеклетки, на ранней стадии развития расщепившейся на две (три, четыре...) части. В среднем это происходит в трех-четырех беременностях из тысячи. Причины такого расщепления до сих пор точно не установлены. Однояйцевые близнецы генетически идентичны. Разнояйцевые близнецы с точки зрения генетика — обычные братья и сестры.

Не только любознательные люди, интересующиеся "близнецовым феноменом", но зачастую даже и сами родители близнецов нередко спрашивают, каким образом определяется тип родившихся близнецов: моно- или дизиготные, генетически идентичные или носители разных генотипов. Вопрос не так прост, как кажется на первый взгляд. Монозиготные близнецы, естественно, всегда бывают одного пола. Разнополые близнецы, разумеется, всегда разнояйцевые.

Ну а если близнецы однополые? Сходство — вещь субъективная. Мать очень рано начинает различать однояйцевых близнецов и искренне уверяет всех, что они "совершенно разные", посторонним же нередко и двуяйцевые кажутся "на одно лицо"...

Чтобы продолжить наше почти детективное повествование, напомним, что развивающийся в матке зародыш окружен (а) амнионом — внутренней зародышевой оболочкой, образующей заполненную жидкостью полость, которая предохраняет плод от механических повреждений и обеспечивает водную среду для его развития; (б) хорионом — наружной зародышевой оболочкой, покрытой снаружи ворсинками, которые врастают в слизистую оболочку матки, образуя плаценту.

У дизиготных близнецов обе зародышевые оболочки всегда разные, хотя бывает, что плаценты срастаются в одну (если случилось так, что два оплодотворенных яйца имплантировались в стенку матки очень близко друг от друга).

А вот случай с однояйцевыми близнецами не так прост — здесь все зависит от того, на какой стадии развития оплодотворенной яйцеклетки произошло ее расщепление. В очень редких случаях (1% всех монозиготных близнецов) расщепление происходит довольно поздно, когда уже образовался амниотический пузырь и хорион. Тогда близнецы развиваются в общей амниотической оболочке и с общей плацентой (монохорионический и моноамниотический тип). В одной амниотической оболочке и с общими хорионом и плацентой могут развиваться только монозиготные близнецы.

Если расщепление зиготы (оплодотворенной яйцеклетки) происходит позже, когда из делящихся клеток образовался полый шарик, то близнецы делят между собой хорион и плаценту, а амниотические оболочки у них индивидуальные. Это наиболее частый вариант — он встречается примерно в двух третях случаев развития монозиготных близнецов (монохорионический и диамниотический тип). В разных амниотических оболочках, но в одном хорионе тоже могут развиваться только монозиготные близнецы.

После оплодотворения любая яйцеклетка, независимо от того, суждено ли ей "породить" близнецов или единственный плод начинает активно делиться. Клеточки, образующиеся в процессе такого дробления яйца, называются бластомерами. Бластомеры не растут, а лишь уменьшаются вдвое при каждом последующем делении. Так вот, расщепление может произойти уже на стадии двух (нескольких) бластомеров и пойти по "индивидуалистическому" пути. Под "индивидуализмом" мы понимаем следующее: из этих бластомеров развиваются одинаковые зародыши (ведь они — "дети" одной яйцеклетки), но каждый имеет собственный хорион и амниотическую оболочку (дихорионический диамниотический тип). Около трети всех монозиготных близнецов развиваются именно таким образом. Плацента при этом чаще всего одна, но бывает, что "индивидуализм" заходит настолько далеко, что образуются даже две плаценты (или несколько, если плодов больше двух). Так "делить" матку могут и однояйцевые, и разнояйцевые близнецы.

Подведем итоги. Наличие одного хориона при одной или двух (нескольких) амниотических оболочках неоспоримо свидетельствует о том, что мы имеем дело с однояйцевыми близнецами. А вот если хорионов больше одного, точный ответ могут дать лишь специальные анализы — от простого определения группы крови и резус-фактора до более сложных, но вполне доступных генетических тестов — типирования антигенов гистосовместимости HLA, анализа ДНК. Для "домашнего употребления" при определении типа близнецов, как правило, все же полагаются на "точность" внешнего сходства.

"А зачем, собственно говоря, вообще определять тип зиготности?" — спросите вы и будете, в принципе, правы. Какая, в сущности, родителям (и уж тем более всем прочим) разница, из одного или из нескольких яиц развились их любимые чада? Никакой. Если не считать того, что, по утверждению некоторых психологов, идентичный генетический код накладывает отпечаток на отношения монозиготных близнецов между собой и с окружающей действительностью, что требует особого к ним отношения и особенных усилий, направленных на то, чтобы вырастить их двумя самостоятельными личностями, а не единым неделимым и самодостаточным тандемом, в значительной степени изолированным от внешнего мира.

Феномен близнецов издавна привлекал пристальное внимание биологов и медиков: шутка ли — два (или даже несколько) абсолютно одинаковых организма, развивающихся независимо друг от друга. Чарльз Дарвин писал в письме к своему двоюродному брату, английскому психологу и антропологу Фрэнсису Гальтону (1822-1911): "Ничто не кажется мне более любопытным, чем сходство и различие близнецов". В самом деле, одинаковая наследственность и разные (в той или иной степени) условия развития — идеальный материал для анализа "удельного веса" и взаимодействия наследственных факторов и влияния внешней среды. На "научные рельсы" близнецовый метод поставил как раз упоминавшийся выше кузен Дарвина Фрэнсис Гальтон: в 1876 г. он опубликовал статью "История близнецов как критерий воздействия наследственности и окружающей среды".

Гальтон разработал так называемый "метод конкордантности", т.е. сопоставления однояйцевых близнецов с однополыми разнояйцевыми, а также однояйцевых близнецов, воспитанных вместе, с однояйцевыми близнецами, по тем или иным причинам росшими отдельно друг от друга.

Подобные исследования ведутся и по сей день. Так, например, американский психолог Томас Бучард в 80-х годах прошлого (т.е. двадцатого) века исследовал около 30 пар однояйцевых близнецов, разлученных в раннем возрасте. Пожалуй, самой поразительной оказалась судьба братьев Оскара и Джека. Родились близнецы в 1932 г. Родители разошлись и "поделили" детей. Оскара мать увезла в Германию, где он "заболел" нацизмом, и как только позволил возраст, вступил в "Гитлерюгенд". Джек провел детство и молодость в Палестине и на островах Карибского моря. Отец воспитывал его в традициях иудаизма. Даже не ирония судьбы, а какой-то злобный сарказм: один и тот же генотип дал нациста-антесемита — и правоверного еврея. Казалось бы, "наследственность отдыхает". Но вот в сорок лет братья встретились. Выяснилось, что у них много общего: оба носят одинаково подстриженные усы, у обоих с возрастом ослабело зрение, и даже очки у них практически одинаковые. Пристрастия в одежде тоже на редкость сходны. Братья любят одну и ту же пищу, похоже ведут себя в семье...

Из этого не слишком веселого случая выводы, на наш взгляд, можно сделать весьма утешительные: наследственностью определяются многие составляющие индивидуальности: темперамент, многие черты характера, вкус. Но никому "на роду не написано" быть злодеем или негодяем. Нравственная позиция все же зависит прежде всего от воспитания и личной воли человека.

Надежда Зарецкая,
клиника акушерства и гинекологии
Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова,
врач акушер-гинеколог, к.м.н.


Статья из июньского номера журнала.