За окном поезда зеленеют поля, из приоткрытой форточки доносится запах дымка и весны. 24 января. Трехчасовое путешествие от Флоренции до Рима открыло глаза на горькую, ужасающую правду: наша жизнь — каждодневный подвиг, который совсем не обязательно совершать! Не обязательно вставать затемно и выталкивать разморенное ото сна у батареи тело в жестокий зимний космос. Не обязательно натягивать скафандр лыжных штанов и капюшонов, оставляя грустить в шкафу летние платья и легкие сандалии. Глупо посещать солярий и пить зимние антидепрессанты, если можно жить в месте, где всегда солнце, витамины, зелень, а снег выпадает раз в восемь лет.

Наше путешествие в весну началось и закончилось в курортном Римини. В туманный зимний вечер город напоминает декорации к фильму ужасов: редкие туристы бредут среди гостиниц с закрытыми ставнями на окнах, целые кварталы пустых зданий и где-то вдалеке сквозь сырой туман брезжит огонек открытой пиццерии. Тоже полупустой.

Ранним утром наша группа отбывает во Флоренцию. В автобусе кудахчут дамы бальзаковского возраста, экскурсовод рассказывает про Сан-Марино, где продаются дешевые кожаные сумки и обувь. Группа пробудет во Флоренции около пяти часов, чтобы потом три с половиной часа ехать в этом автобусе обратно... Давно решив, что экскурсии — зло, мы покинули товарок у первого же пункта информации для туристов, обозначенного буквой "i". Там получили бесплатную карту города, расписание работы художественных галерей и пару полезных советов от синьоры в справочном окошке. Совета по поводу дешевых гостиниц спрашивать не стали, так как позаботились о своей судьбе заранее, забронировав хостел (hostelworld.com) неподалеку от площади Сан-Лоренцо.

Флоренция пахла для нас кожей — потому что славится кожаными изделиями, а их полный ассортимент продается на рынке Сан-Лоренцо. В отличие от нашего убогого "трехзвездочного" "Happy" в Римини, флорентийский отель отмечен одной звездочкой, под которой мы нашли уютную комнату с бело-голубой кукольной мебелью, деревянными ставнями на окнах и дружелюбным портье Фабрицио. Номер на двоих обошелся в 52 евро. Про обязательные для посещения достопримечательности узнаем из путеводителя "Афиши".

Площадь у кафедрального собора Дуомо оставляет ощущение непролазной толкучки, хотя в январе туристов здесь немного. На небольшом пространстве сосредоточено слишком много выдающихся памятников: собор, способный вместить 90 тысяч прихожан, изукрашенная рельефами колокольня Джотто, романский баптистерий Сан Джованни с золотыми ренессансными воротами, копия которых установлена в Казанском соборе.

Гораздо приятней проводить время на площади Сеньории — просторная и светлая, она украшена внушительными бронзовыми и мраморными скульптурами, впрочем, не перегружающими пространство. Копия "Давида" Микеланджело в антураже древней площади смотрится гармоничнее, чем в интерьере московского музея имени Пушкина. Бронзовые щупальца крови хлещут из головы медузы, поверженной "Персеем" Бенвенуто Челлини в лоджии Ланци; тут же стоят древнеримские мраморные матроны, между ними расселись студенты, слушают лекцию по истории искусств, разглядывая шедевр Джамболоньи "Похищение сабинянок". Любоваться красотами площади придется стоя или прогуливаясь, поскольку скамеек не предусмотрено. Американцы, да и европейцы бесстрашно сидят на мраморных ступенях, а для русских путешественников мы вывели правило номер один: иметь с собой туристический коврик, вырезанный по форме сиденья, на резинке. С такой теплоизоляцией в зимней Италии не пропадешь, будь то во Флоренции или на площади св. Петра в Риме.

По пути к Старому мосту, застроенному ювелирными магазинами, ставим галочку в своем списке must do: покупаем по два шарика мороженого, сваренного тут же, в джелатерии. Как абсолютный не-любитель этого кушанья подтверждаю: итальянское мороженое надо пробовать обязательно. Фисташковый шарик в вафельном стаканчике и розовеющие облака с видом на холмы и реку Арно в просвет арок на Понте Веккьо — лучшего вечера не пожелаешь.

Поужинав неаполитанской пиццей с тунцом и каперсами, мы пошли в присмотренную еще днем церковь Орсанмикеле, чтоб послушать орган. В темноте улицы меняются. Мы, кажется, заплутали, но, услышав отголоски органа и ангельского хора, двинулись на звук. Музыка все слышнее, проходим дальше, ища глазами готический собор, он не появляется, а пение утихает. Побегав по узким улочкам за призрачным хором, выходим-таки к Орсанмикеле, церковь закрыта, но воспоминание о невидимом концерте остаются самым драгоценным сувениром из Флоренции.

Среди других даров столицы Тосканы — узорчатая бумага, купленная у сурового старичка-артритика на задворках площади Сеньории, сумка из добротной толстой кожи. А также твердый терпкий сыр пармеджано, мягкая с благородной плесенью горгонзолла, колбаски салями в побелевшей от соли кожуре, красное вино кьянти в бутылке с черным петухом. Вся эта снедь пошла в дело на следующий день в Риме, когда было утверждено второе правило путешественника: не имея времени на поиски хорошей остерии, покупать местные лакомства на центральном рынке и употреблять их в живописных кустах с видом на средневековье или античность. Но прежде чем попасть в Рим, мы провели свое первое флорентийское утро в одной из самых знаменитых галерей мира.

Это было то редкое утро, когда к Уфицци не змеится многочасовая очередь. Как и все туристы, мы первым делом отправились к залам 10-14, в которых расположены хиты итальянского Возрождения. Тут выяснилось, что знаменитая пара портретов герцога Урбано и его супруги работы Пьетро делла Франческа установлены в резной деревянной витрине, на обороте которой — две картины с торжественным шествием колесниц и пейзажами XV века. Что "Рождение Венеры" Боттичелли — больше, чем можно подумать, глядя на репродукции, но висит под стеклом напротив световых люков, отчего страшно бликует. Что нет лучше времяпрепровождения, чем сидеть умиротворенно напротив его "Весны". Что "Поклонение волхвов" Леонардо да Винчи похоже на набросок картины. Наглядевшись на живопись итальянского и голландского Возрождения, мы отправились по галерее-коридору, потолки которого расписаны цветами на белом фоне; фриз под потолком украшен виноградными гирляндами, портретами князей и кардиналов, а окна выходят на залитую солнцем Арно.

Во втором коридоре неожиданная встреча: над мраморной тетей с гармошкой портрет человека с характерными усами. Уточним в табличке — точно, Петр Первый! Дальше — одно из лучших мест в Уфицци, терраса на крыше: между зубцами видны холмы, купол Дуомо, и чуть ли не рукой можно дотянуться до часов и гербов на башне Палаццо Векьо. Солнышко пригревает, ветерок раздувает волосы, прыгает жирный флорентийский воробей, и китаянка рядом с аппетитом кушает ароматную пиццу. Третье правило путешественника: гулять по историческим достопримечательностям и музеям лучше зимой или ранней весной, когда нежарко и мало туристов.

В Рим, в Вечный город мы прибыли затемно, то есть к пяти часам. Единственным впечатлением вечера стали Арки Романи — остатки то ли виадука, то ли акведука, рядом с одноименным хостелом. Собственно, это четырехкомнатная квартира, превращенная жильцами из соседнего подъезда в мини-отель. Нас встретила милая бабушка с внучкой, восьмилетняя Леся болтает на итальянском и польском, немного говорит по-русски и учит в школе английский — настоящий ребенок-космополит; она родилась на Украине, выросла в Варшаве и последние два года живет в Италии. Ее дедуля Джузеппе, отставной учитель экономики, тоже худо-бедно изъясняется на английском и жаждет общения с новыми людьми. Поэтому, наверное, они с супругой поддержали гостиничный проект своего сына. В "Arco Romano Rooms" все устроено с любовью и заботой, хочется верить, хозяева не разочаруются, встретившись с гостями лицом к лицу в высокий сезон. Наутро, самостоятельно сварив кофе и разогрев круассан на кухне отеля (итальянский завтрак традиционно очень легкий), мы оставили ключи на пустой стойке ресепшен и захлопнули дверь гостеприимного дома.

В отличие от туристической группы, успевшей за пять часов повидать все обязательные достопримечательности Рима, мы успели меньше. Прогулялись до Колизея, пересекли развалины античных форумов, по тихой улице святого Теодора добрались до Цирка Массимо — огромного пустого поля, поросшего травкой, и поднялись на холм Авентин. Сквер у базилики святой Сабины спроектирован так, что входящий через центральную калитку сразу видит панораму Рима с куполом святого Петра в центре. Гравиевые дорожки обсажены средиземноморскими соснами, пиниями, мандариновыми деревьями и лимонами в терракотовых кадках. Здесь гуляют мамы с колясками и тетушки с пекинесами, а шумит только вода в колонке. Полюбовавшись на Тибр и купола, ставим в списке еще пару галочек: попробовали мандарин прямо с дерева (он оказался горьким, декоративным), превратили колонку с чистейшей римской водой в питьевой фонтанчик — закрыв пальцем кран, можно направить струю вверх через вторую, маленькую дырочку.

С Авентина вернулись к форумам и Капитолийскому холму. Статуя волчицы, вскормившей Ромула и Рема, оказалась маленькой, площадь дизайна Микеланджело — помпезной, а мы по незаметной лестнице поднялись к боковому входу в церковь Santa Maria in Aracoeli. Каждая капелла открывает здесь новую фреску и имя знаменитого художника. В комнатке слева от алтаря стоит деревянный младенец в золотых латах. Латы сделаны из переплавленных подношений святому Бамбино — считается, что младенец сделан из дерева Гефсиманского сада и обладает чудодейственными свойствами. Люди, чьи желания он исполнил, присылают Бамбино подарки и благодарственные письма со всего света — вот они, аккуратно сложены в корзинки вокруг розовощекого чудо-младенца. Я попросила у Бамбини ребенка, которого уже год мы с мужем пытались зачать. Не знаю, его ли рук дело, но вскоре я забеременела.

По дороге от Капитолия к собору св. Петра нам встретились перенаселенные руины (на один квадратный метр приходится полтора десятка разномастных кошек), жилые дома, похожие на древнеримские инсулы, и торговец гигантскими макаронами. Скоро показался Замок Святого Ангела и мост в Трастевере, римский "Заречный". Под мостом живет "бородач" — так горожане называют бомжей, устроенных не в пример лучше наших. Здешние "барбуто" ночуют в спальниках и тщательно чистят ботинки.

Величественный вид, который открывается на подходе к главному римскому собору и "фасаду" Ватикана — Сан-Пьетро, дополняют веселые негритята, продающие "Прада", "Дольчи" и "Габану" по цене от 10 до 40 евро. В конце января в центре площади все еще стоят фигуры рождественского вертепа и елка, щедро политая серебристым "дождиком". Главной достопримечательностью Рима для нас стал знакомый, который уже год учится в ватиканском Восточном институте. Альберто внес в туристический галоп хоть чуть размеренности — неспешно беседуя, мы бродили в районе Сан-Пьетро, и через пару часов Рим стал превращаться из набора красивых картинок, мелькающих как кинолента, в живые ощущения, в часть нашей личной истории.

Из Рима нас увез туристический автобус, а вот пожилую даму из группы гид компании "Данко" хладнокровно оставила, хотя ее спутницы и кричали, что, мол, старушка даже телефоном не умеет пользоваться. Гид успокаивала публику смешными историями про то, как ее туристы терялись и возвращались в отель с забавными приключениями. Наутро старушка была готова к отправке в Венецию, на вопросы, как добралась, сурово отвечала: "Автостопом!"

В Венеции мы решили все-таки попробовать экскурсию, но это оказался самый неудобный город для прогулки с радиопередатчиками радиусом действия в 70 м — стоит экскурсоводу свернуть в следующую улочку, наушник панически шуршит, заставляя глядеть только на собственные бегущие ноги. Экскурсовод позволила коротко осмотреть волшебный собор Святого Марка и повела по тайным улицам чуть в сторону от других толп туристов. Но этой прогулкой она задала порочный круг, по которому все члены группы обречены были бродить до общего сбора. Так что четвертое правило путешественника: заранее читать путеводители, никогда не соблазняться экскурсиями, первым делом искать карту города и уже по ней прокладывать персональный маршрут.

В Венеции мы сидели на деревянном причале, выходящем на главную улицу города, Большой Канал: глазели на гондолы с довольными китайцами и распевающими под аккордеон старичками. Пили в крохотном кафе красный вермут со льдом, тоником, долькой апельсина и огромной оливкой на палочке, пробовали карнавальные пончики с кремом и восточные сладости с цукатами и орехами. Смотрели, как из оранжевого стеклянного клубка вытягивается лошадка, как бумага горит, коснувшись уже "остывшей" скульптуры, выбирали украшения из муранского стекла. Катались на вапоретто № 1, слишком поздно поняв, что билет на водный автобус действует в течение часа и позволяет разглядеть лучшие палаццо Венеции. Город мы покинули на поезде, заскочив в вагон в последнюю минуту, вместе с клоунами из Падуи. Нас ждал ужин в Болонье.

Было уже слишком темно, чтобы смотреть Болонью, и наши хозяева — Елена, ее муж Лука и друг семьи Энрике — всерьез взялись за поиски свободных мест в пятничных ресторанах. В итоге мы оказались в городке неподалеку, в неприметной для чужака таверне "У мамы". Итальянский ужин достоин отдельного путеводителя. Сначала добрый трактирщик приносит каждому по блюду с пастой болоньезе и пельмешками со шпинатом и рикоттой — тортелони. Ты объедаешься, запивая это великолепие сухим красным вином. Но! Хозяин, не принимая никаких протестов, заказывает большую тарелку с бульоном и крохотными мясными пельмешками — тортелини или прожаренную мягкую свинину. На худой конец, салат из помидоров, лука и тертой морковки — приносят плошку с ингредиентами, которые клиент сам заправляет оливковым маслом, бальзамическим уксусом, солью и перцем. Для тех, кто предпочел после пасты съесть солидную порцию мяса, итальянцы придумали дижестив — лимончелло, помогающий пищеварению и "освобождающий" место для тирамису или нежнейшего десерта "Панна котта". Лимончелло — сладкий ликер из виноградного спирта, настоянного на огромных итальянских лимонах, который нужно пить ледяным. Непременное свойство обстоятельного итальянского ужина — беседа, в ходе которой мы узнали, например, что в отличие от России, где на десять девчонок приходится девять ребят, в Италии девушек не хватает. Так родился проект: Италия и Россия могли бы заключить дипломатическое соглашение, обеспечивающее благоприятные условия для межкультурных браков. Мы так прикинули: небольшой оплачиваемый отпуск в Италии для всех незамужних девушек России — неплохое средство для решения матримониальных трудностей тысяч холостяков репродуктивного возраста.

После ужина мы побывали в гостях у счастливой кросс-культурной пары, и Лука научил готовить крепчайший итальянский кофе в кофеварке-гейзере. Быстрая и приятная дорога на автомобиле до Римини окончательно убедила нас в верности пятого правила: ищи встреч с аборигенами, никто не расскажет о стране лучше, чем ее жители.

P. S.: В этот громоздкий отчет не вместились сообщения про флорентийские фрески, римскую архитектуру, венецианских львов, рыбный базар и красные сладкие апельсины, про пикник на пляже, рукколу, субботние прогулки и иностранцев в Италии, ночных портье и тосканские деревеньки. Слова бессильны описать все приключения, которые свалились на нас всего за одну неделю, пока у всех прочих людей был обычный тяжелый понедельник, трудовая среда, аврал в четверг и посиделки на кухне в пятницу. Потому напоследок правило шестое: не забывать, что путешествие — это временная петля, которая рано или поздно вернет тебя в исходное положение. Если только ты не решила выйти замуж за итальянца.

Maggy_may, ira.vsluh@gmail.com