Зовут нашу старшую дочь Анастасия. Я хочу вам поведать историю её болезни, о которой до сих пор страшно вспоминать.

В 9 лет Настена заболела коклюшем. Эта болезнь не столь страшна, если её правильно начать лечить. Но врач неправильно поставила нам диагноз - ОРВИ. Так как температура, кашель, рвота и слабость - рекомендовала сидеть дома. Больше 2 месяцев (июль, август, сентябрь) мы лечились прогреванием, антибиотиками от простуды, а нам становилось все хуже и хуже. Каждый день по много раз у нее случались приступы кашля, которые заканчивались многократной рвотой. Она очень мало ела и слабела.

Я проштудировала все имеющиеся дома медицинские энциклопедии и единственное, на что были похожи признаки болезни, это коклюш. Но там было сказано, что ребенок, который привит, либо не болеет, либо болеет в ослабленной форме.

И вот на следующий день мы с утра идем пешком сдавать общий анализ крови в поликлинику. Натощак, простояв в очереди, сдали кровь. Когда мы вышли из поликлиники, у Настеньки начался приступ кашля и рвота. Она наклоняется над кустами, я поддерживаю ее сзади за грудку, чтобы не болела (ведь все надорвано уже), и она падает в обморок на мои руки. Буквально виснет, зубы сжаты, не дышит, и сердце не бьется. (Поверьте, я до сих пор не могу спокойно об этом вспоминать, аж сердце сжимается.)

А надо добавить, что когда я читала энциклопедию, там было описано, что у младенцев коклюш протекает в тяжелых случаях с остановкой дыхания и сердца. Я, вспомнив это, быстро пытаюсь разжать зубы и сделать искусственное дыхание, но не тут-то было - зубы не разжимаются, тогда я делаю дыхание в нос. Благо, проходившая мимо, женщина побежала за помощью в поликлинику, от которой мы недалеко отошли.

Когда подошли врачи Настенька уже начала дышать. Нас отвели в поликлинику. Молоденькие медсестры (большое им спасибо на всю оставшуюся жизнь) давали нюхать нашатырь, сделали укол, заварили успокаивающее спазмы лекарство для Насти, а мне дали успокоительное. Затем вызвали Скорую и сказали, что желательно ехать в больницу к Усовской Людмиле Ивановне, которая специалист по ларингоспазмам.

Хочу вам заметить, что Настюшка ничего не помнила и только смотрела на меня ничего не понимающим взглядом и спрашивала: "Мамочка, ты что плачешь?" А я старалась успокоиться и, улыбаясь ей, говорила, что все нормально.

Когда приехала Скорая, Настя не смогла идти, у нее подкашивались ноги. Скорая нас отвезла в больницу, но нас отказались принимать, т.к. надо ложиться в инфекционную больницу. И здесь у меня случился нервный срыв - я расплакалась и сказала, что никуда в другое место мы не поедем. Медсестры позвонили самой Людмиле Ивановне, и она сказала, что примет нас.

Когда мы поднялись в отделение, и она увидела, в каком состоянии ребенок, то сказала, что ей вообще ходить нельзя, что её надо носить в горизонтальном положении и назначила ей капельницы на целый день. Она вытащила нашу Настеньку с того света, причем кроме слов благодарности и цветов отказалась принимать что-либо, сказав, что жизнь ребенка оценить нельзя.

После этого заболевания мы 2 года восстанавливали Настино здоровье у кардиолога, в санатории, дома, и до сих пор у нее есть отклонения в сердечной деятельности. Но я надеюсь, что все осталось в прошлом и она выздоровеет окончательно. Потому что мы очень любим ее. Потому что она талантливый маленький человечек - она ходит в гимназию, учится в музыкальной школе, ходит на индивидуальную гимнастику, хорошо поет песни, рисует, пишет стихи, рассказы, сказки.

Да, забыла сказать вам, что Настенька умирала 3 раза - первый раз был отек Квинке в 7 месяцев, второй раз - этот случай с коклюшем, а третий раз, на Новый 2005 год, - кишечная инфекция от простой водопроводной воды (у нас тогда вся семья переболела и полгорода).

Только я после всего этого страдаю паранойей, могу проснуться от страшного сна, что с Настей что-то происходит, и переживаю. Она идет в магазин, в школу, к подругам, а у меня навязчивая идея, как бы с ней ничего дурного не случилось.

Я не хочу, мои дорогие давать оценки действиям наших врачей, хотя сразу даже думала подать на них в суд, а потом решила: мой ребенок жив, а их врачебные ошибки пусть будут на их совести.

И вообще я думаю, что Господь Бог, видимо, хотел что-то сказать мне этим случаем, дать понять, насколько важно ценить своих детей (родителей, мужей и др.) и каждый миг общения вместе с ними, не ругаться понапрасну с ними. И даже сгоряча в сердцах не желать им плохого.

Любите своих родных, цените их, прощайте их недостатки и замечайте все достоинства!

Евгения