Содержание:

К содержанию

Испытание водой

В 22:00 у меня резко заболело в районе кишечника. Не сильно так, терпимо, но неприятно. Тут же вспомнилось про завтрашнюю плановую клизму — сейчас она была бы, наверное, кстати, раз уже кишки шалят.

Через минут 10 боль в кишках повторилась. Решила сходить на пост за слабительным, чтобы хоть как-то облегчить страдания своему несчастному кишечнику.

— У меня болит живот... — начала я, но не успела закончить, что нужна слабительная свечка.

— С какой периодичностью? — прервала меня медсестра.

— Раз в 10 минут, — почему-то ляпнула я, догадавшись, что она имела ввиду схватки.

— Этого мало. Надо 3 раза в 10 минут, — пробурчала медсестра и потеряла ко мне интерес.

Я побрела обратно в палату. Что за невезучий день — даже в туалет сходить не могут помочь, что уже говорить о стимуляции... Как узнать, что такое "схватки"? А вдруг они у меня будут безболезненные, и я не узнаю, что уже рожаю. Болезненные ощущения в кишках при ходьбе перестали ощущаться, поэтому решила походить по коридору.

22:30. Вернулась в палату, легла спать. Не спится. Кишки все прихватывает. Решила ради прикола засекать периодичность спазмов:

22:33; 22:42; 22:53; 23:02, ... Опа. Раз в 10 минут... Так может это и есть схватки? Больно, но не сильно, циклично, но живот или спина не болят — болят именно кишки!

Беру бумажку, ручку, телефон — иду бродить по коридору и засекать дальше.

23:08; 23:16; 23:22; 23:26; 23:32... Стало чаще! И боль уже длится дольше, но она по-прежнему терпима. Звоню мужу похвастаться, что, наверное, схватки начались. Хоть бы не пропали — я так хочу родить уже...

23:38; 23:44; 23:48; 23:54; 23:59... А частота схваток уже и есть 3 раза в 10 минут!

Резко захотелось в туалет. Еле добежала до "белого друга". Вот и самоочищение организма перед родами — мне уже и клизма не нужна! Только почему у нормальных людей это происходит за день-два до родов, а у меня непосредственно перед?

Продолжаю наматывать круги по коридору, чем изрядно нервирую медсестру на посту. На мое счастье по этажу пробегала дежурный врач. Она пригласила меня на кресло — проверить, может, и правда — рожаю? Раскрытие 1,5 см (ух ты, полсантиметра прибавилось). Пытаемся поймать схватку, чтобы узнать раскрытие на ней. А мне в такой позе хорошо и уютно — схватка не наступает. Тут приходит на помощь народное средство — погладить животик. Есть контакт — живот в кучку, и схваточка пришла! Раскрытие на схватке — 2 см. Врач дает команду делать мне клизму... И в родильное с вещами! Ура-а-а-а! Счастью нет предела — я скоро рожу!

24: 30. Клизма. Ничего себе, сколько во мне накопилось отходов. А вроде организм час назад неплохо самоочистился. На пост приползают еще две "дамы за сорок" со схватками. Одну после осмотра отправляют поспать — рановато пришла, вторую в компанию ко мне в родильное.

1:00. Пост. Я с вещичками. Ожидаем мою напарницу после клизмы. Схватки стали чувствительнее и больнее. Но я, как прилежная роженица, дышу на каждой схватке, занимая при этом позу "зю" — помогает. Зато теперь уже нет никаких сомнений — это действительно схватки, а не кишки...

1:30. Под конвоем медсестры мы шествуем рожать на 4 этаж! Нас определяют в предродовую палату № 2 (точно — магическая цифра!). Санитарка пренебрежительно бросает нам на кровати стопки белья и молча удаляется. Это стоит расценивать как "заправляйте себе кровати и переодевайтесь — у нас самообслуживание". Облачаемся в родильный наряд — одноразовая сорочка цвета морской волны. Очень неуютно, хочется хоть как-то хоть что-то прикрыть, но "не положено". Схватки уже намного больнее. Дышать пока получается, но мозг уже хуже контролирует ситуацию.

2:00. Гуляю по коридору — все-таки в вертикальном положении боль переносить легче. Подсовывают бумажку на подпись — соглашаюсь на прививки для моего еще не родившегося чада. В соседней предродовой палате стонет и кричит еще одна роженица. От таких криков становится жутковато на душе.

2:30. "Замуровали, демоны!" — уложили писать КТГ (наверное, я первый раз прилегла за последние 5 часов). Каждая схватка — это пытка. Сжимаю зубы, дышу и ерзаю по кровати — скорей бы рожать уже! В соседней палате уже просто нечеловеческие вопли. Ну, так же нельзя — все желание рожать отпадет у остальных. "Я не буду кричать, я смогу вытерпеть, я сильная" — думаю я и молча терплю эту дикую боль.

Моей напарнице повезло — у нее нет такой боли, но и схватки у нее тоже пропали — она волнуется, что ее отправят назад в патологию.

Крикунью позвали в родзал, и уже через 10 минут оттуда раздался громкий плач малыша! Как быстро, оказывается, это происходит! Уже не терпится поскорее родить, и я наивно жду с минуты на минуты приглашения в родзал! Даже сил больше стало от одной мысли, что вот-вот все закончится.

КТГ записано. "Схватки хорошие!" — комментирует врач.

3:00. Схватки очень болезненные. И как я могла только подумать, что их можно не заметить... Я дышу на каждой схватке, но уже скорее от паники, чем от осознания, что надо дышать. Врач, пробегающая мимо по коридору, хвалит, что я хорошо дышу. Мне от этого не легче... Когда уже в родзал? За время присутствия в родильном отделении уже провели две операции кесарево и две роженицы родили сами. Остались только мы с подругой по несчастью.

Замечаю, что персонала в отделении стало значительно меньше — осталось только 3 человека.

3:30. Врач приглашает нас на кресло. Раскрытие 2 см. Как 2 см? Что ж так медленно? Затем долго и больно ковыряется где-то там глубоко во мне, отчего ощущение, что сейчас уже рука достанет до моего желудка. Затем появляется ощущение, что я писаю помимо моей воли. Крови течет много— а мне не жалко, ведь за беременность ее количество увеличивается. У моей напарницы раскрытие 4 см (ну везет же, схваток нет, а раскрытие полным ходом), но воды оказались зелеными. И тут до меня дошло — мне только что прокололи воды, странно, что так мало тогда вытекло...

На каждой схватке я продолжаю "писаться" — отходит еще часть вод, и постоянно идет кровь.

4:00. Напарницу уложили под капельницу с окситоцином, чтобы вернуть ушедшие схватки. Мне вводят внутривенно какой-то препарат, снимающий спазмы, отчего мгновенно мутнеет в голове, а во рту появляется странный привкус. Странно, а ведь я не просила обезболивающего — зачем мне его ввели? Неужели я еще не скоро пойду рожать?

Брожу по коридору, голова кружится, но обезболивание не помогло. Схватки стали еще сильнее и чаще. Я уже слабо контролирую себя, отчего замечаю, что постанываю. Усилием воли заставляю себя не срываться на крик.

4:30. Опять уложили на КТГ — ну сколько можно! Схватки ну просто очень хорошие, по словам врача, но раскрытия нет. Ждем дальше. Лежа на кровати, я становлюсь каким-то монстром — ломаю спинку кровати (хорошо, что она металлическая). Стоны мои уже в полный голос. И почему-то не могу себя контролировать. Когда же это кончится...

5:00. Все ушли. Ушли спать. Спать, когда мы тут страдаем. В отделении остались только медсестра и 2 несчастные роженицы. Это значит, что в ближайший час мы рожать не будем? Нет, я не хочу об этом думать.

Подкладки расходуются один за другим — да сколько же во мне воды и крови?! Мозг уже отключился. Есть только бесконечный коридор и боль, ужасная боль, которая разрывает меня на части. Уже нет стона — я просто кричу, ползая по стенам. Где моя сила воли? Я не могу ничего сделать... Это выше моих сил...

Медсестра делает вид, что меня тут нет. Я прошу ее позвать врача, сделать хоть что-нибудь, т.к. я не могу больше это терпеть....

5:30. Медсестра сжалилась и сделала мне укол очередного обезболивающего, кажется, это был спазмалгон. Наивные, да мне этот спазмалгон даже во время месячных не помогал, а тут такое...

Прошусь в душ, ведь говорят, что в душе схватки переносить легче. Но на 4 этаже, оказывается, не бывает горячей воды до 6 утра. Жду 6:00 как спасения — появится вода, я пойду в душ, придут врачи, пойдем рожать... Время будто остановилось. Я не хочу рожать... Я просто хочу, чтобы все это закончилось...

6:00. Обезболивание, естественно, никак не подействовало. Вода не появилась. Врачи не пришли. От боли и безысходности я уже во весь голос кричу, дышать уже не могу, мучает жажда, мне плохо... Напарница под капельницей начинает постанывать — наверное, начинают догонять схватки.

6:30. Я не помню, как пережила эти 30 минут, видимо, сознание отказывалось переживать это вместе с телом... Сватки уже не периодические — ощущение, что это одна большая схватка. Появляется врач — раскрытие 5 см. Этого мало...

Меня вновь укладывают — я не хочу лежать, пытаюсь встать и отгребаю руки медсестры от себя. Уложили и что-то вводят в вену опять, и я теряю сознание. Где-то далеко слышу только голос врача: "Надо, чтобы она отдохнула часа 4, иначе не будет сил рожать". Провал.

8:00. Я просыпаюсь от дикой боли, затем провал, опять боль, опять провал, я не могу понять, где я и что со мной происходит.

8:30. Я предпринимаю попытку встать — чуть не падаю. Что за наркоту мне вкололи?

Выползаю в коридор — персонала стало значительно больше. Врач с ужасом смотрит на меня: "Ты же должна часа два спать. Как минимум". Но я не могу спать, боль все та же — дикая, рвущая меня на части. Продолжаю ходить по коридору и орать нечеловеческим голосом. От постоянного крика и жажды голос сел, отчего мой рев приобрел еще более страшный оттенок хрипоты.

8:45. Осмотр. Раскрытие 6 см. "Нагуливай схватки," — говорит врач и удаляется. Как "нагуливай"? Да куда же еще — меня и так рвет на части от этих схваток!

Напарница все еще лежит под капельницей и уже кричит.

9:00. Схватки у напарницы стали хорошие, раскрытие лучше некуда — ее учат тужиться. Она тренируется минут 20, после чего ее уводят в родзал.

Тут я начинаю осознавать, что на каждой схватке появилось странное ощущение непроизвольного напряжения — меня тужит! Я кричу, что меня тужит, что надо что-то делать. Но мне запрещают тужиться, т.к. раскрытие недостаточное. Но ведь это невозможно контролировать!

9:30. Мне приносят табуретку с дыркой посередине, предусмотрительно накинув на него подклад. С дикой радостью устраиваюсь на табуретку и быстренько натуживаю совсем не то, что надо. А вроде делали клизму...

Раскрытие 7 см. Глядя на мои страдания, мне разрешают потренироваться тужиться. "На каждой схватке — 3 потуги", — говорят мне и покидают, оставляя меня в мучениях. Я пытаюсь тренироваться тужиться. На одной схватке я филоню и вместо 3 потуг делаю 2. Но природу не обманешь — третью потугу организм делает сам, отчего боль усиливается. Больше не буду экспериментировать.

Я, наверное, выгляжу неважно — мне ставят капельницу с глюкозой. Хорошо, что она на колесах. Продолжаю бродить по коридору с капельницей, издавая каждую минуту истошный вопль. Вижу только людей в белых халатах, каждого из которых умоляю: "Сделайте мне кесарево, я не могу больше..."

10:00. Все, это предел. Стою по центру коридора и ору со всей дури: "Достаньте его из меня! Я не могу больше это терпеть! Сделайте хоть что-нибудь..." Тут кто-то в белом халате реагирует на меня и произносит заветное: "Ладно, будь что будет — идем рожать".

Да, это скоро закончится. "Через 10 минут я рожу, и все закончится," — наивно думаю я, вспоминая, как быстро раздавался крик малышей в родзале после того, как туда уходили рожать.

Я на кресле, рядом трое, одна командует, что делать. Я послушно исполняю — вдох, задерживаем дыхание, тужимся, медленно выдыхаем. И быстро повторяем еще 2 раза эту последовательность. Ощущение, что я лопну как воздушный шарик, но это лучше, чем 12 часов мучений. Тужусь, дышу, следую командам акушерки. Кажется, что это длится уже целую вечность — и как рожают за 3 потуги?

Вскоре появляется ощущение, что мне что-то ужасно мешает, что-то застряло в моем тазу. Очень дискомфортно, хочется поскорее от этого избавиться.

Продолжаю "работать и тужиться" под четким руководством акушерки. "Белых халатов" стало вокруг больше.

Очередная потуга (какая она по счету — 30-я, 50-я?..), и акушерка радостно восклицает: "Я вижу чубчик!" Я почему-то не понимаю, о чем она говорит, на полном автомате продолжаю тужиться и дышать, тужиться и дышать. Нет мыслей, нет ощущений, нет понимания, где я и что происходит. Я только знаю, что мне надо тужиться и дышать... Не понимаю, зачем я это делаю...

Странное ощущение возникает где-то там, где что-то мешает. "Белые халаты" уже в еще большем составе чего-то суетятся. Кажется, что меня растягивают на шпагат.

Все в тумане, откуда-то издалека слышу голос акушерки. Ощущение, что мы с ней вдвоем в этом тумане.

Очередная потуга и дискомфорт в тазу исчезает. Тут же слышу крик: "Не тужься! Выталкивай прессом!" Тут же в голове за доли секунды проскакивает толпы спутанных мыслей: "Почему не тужиться? Что там происходит? Да, у меня был неплохой пресс 9 месяцев назад, поэтому я буду делать то, что они хотят прессом — я хорошо буду работать прессом!" Я напрягаю то, где когда-то был пресс, и тут между ног буквально вылетает что-то скользкое и мокрое. Вылетает — это громко сказано, просто вытягивают из меня. И тут же появляется потрясающее ощущении легкости и пустоты.

Успеваю заметить, как акушерка уносит от меня что-то большое, длинное и ярко-бордовое от моей крови. И тут раздается крик — тот заветный крик, которого я ждала 9 месяцев, а еще больше — последнюю половину суток. Только в этот момент я осознаю, что я родила! Я родила сама! И этот крик — это первый крик моей доченьки!

"Время 11:00," — оглашает медсестра. Я плачу, плачу от радости. Толпа "белых халатов" — кажется, их 6 человек -идут смотреть на моего ребенка. "Да тут все 5 кг!" — восклицает кто-то из них, и в родзале становится еще больше "белых халатов".

"Девочка. 4546 грамм, 60 см," — слышу я. "Странно", — думаю я, — "А разве дети при рождении бывают больше 58 см?"

"Не отвлекаемся, еще не всех родили," — голос акушерки прерывает мои бредовые мысли.

— Как не всех? А там кто-то еще есть? — торможу я, чем изрядно радую акушерку.

— Да вы, мамаша, себе льстите, вам одного такого мало? Плаценту надо еще родить, — юморит кто-то рядом.

А я опять тужусь, опять дышу — вытягивают плаценту. "Ну, теперь-то точно все!" — думаю я, вспоминая, что последний период родов завершается выходом плаценты.

— Ты молодец, очень хорошо рожала, а тужилась как профессионально — наверное, на курсы к нам ходила, — восторгается мной акушерка.

— Не-а, — протягиваю я и начинаю куда-то проваливаться.

— Какая хорошая плацента — толстенькая и питательная. Понятно, почему такой крепкий малыш получился, — говорит кто-то еще.

— Это все гены, — уже шепотом говорю я.

Пока занимаются зашиванием меня, из соседнего родзала приносят мальчика, родившегося после кесарево весом 2400. "Белые халаты" веселятся, положив рядышком эту малявочку и мою дочку. "Результат естественных родов в 2 раза больше, чем после кесарево," — комментирует кто-то.

Мне рассказывают, что после всех разрезов и разрывов мне нельзя садиться 2 недели, что-то еще, но я почему-то ничего не слышу. "Я вас не слышу," — шепчу я. Измеряют давление — 140 на 100. Для моих 100 на 60, видимо, многовато...

Вдруг я вспоминаю, что мне не положили на живот ребенка и не приложили к груди. Начинаю суетиться. Будто поняв причину моего беспокойства, подносят уже запечатанную в пеленки и одеяло мою куколку и просто прикладывают щечкой к моей щеке на пару секунд. И все...

Меня снимают со стола и везут куда-то. "Наверное, в коридор," — думаю я, как это делают обычно со всеми родившими. Но я оказываюсь в красивой светлой палате, в чистой и уютной постели. Мне хорошо. В руке капельница, на животе лед, на голове холодный компресс — я что, в раю?

Затем проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от того, что меня тормошит врач. Одно нажатие на живот — я ощущаю адскую боль, будто во мне взорвалась ядерная бомба, и в одно мгновение я оказываюсь в луже собственной крови. Тут же появляется санитарка, в одно мгновение она переодевает меня и меняет мне постель (как она умудрилась это сделать, не поднимая меня с постели?). Опять мне тепло, сухо и хорошо. Подают обед, прямо к кровати, даже предлагают накормить. Такого вкусного обеда я не ела уже давно...

15:00. Ровно через 4 часа после родов я встала. Ноги отказывались двигаться после 13 часов, проведенных на них. Ужасная слабость, и кружится голова, все плывет перед глазами, но я сильная, и я должна заставить себя двигаться, ведь движение — это жизнь! Выхожу из палаты. Вот он — тот коридор, та предродовая палата. Сейчас тут уже стонут и страдают другие роженицы. В родзале принимают у кого-то роды. А у меня все уже позади — я родила, я родила сама, родила здоровую и крепкую доченьку! И тут наступает ступор — а какое сегодня число? Бегу (как мне казалось) в палату и спрашиваю у девочек, а какое сегодня число? "Семнадцатое", — отвечают мне. Семнадцатое марта! День рождения моего первенца я запомню на всю жизнь.

Три дня в роддоме пролетели быстро. Дочка почти все время спала, т.к. кормила ее смесью. Грудное вскармливание мы наладить так и не смогли, все попытки врачей и медсестер оказались напрасны, и мне вынесли приговор — сцеживание и кормление сцеженным молоком из бутылочки. Я очень переживала и во всем винила врачей, которые не приложили ребенка к груди еще на родильном столе, однако выбора не было, пришлось смириться.

На 4 сутки нас выписали, несмотря на мой низкий гемоглобин. Ущербом от этих родов были только мои разрывы шейки матки, разрезы промежности, анемия. Ребенок не пострадал.

Наверное, самое время для счастливого конца всей этой истории... И стоит закончить мое повествование словами: "Малыш здоров и набирается сил, мама "цветет и пахнет", если бы не одно "но" — мама действительно "пахла". Но это уже третье испытание.

Alien2804, b.kristy.v@gmail.com