Содержание:

Имеете ли вы право фотографировать в магазине? В аэропорту? Снять на улице симпатичную девушку? Даже вопросы порой звучат двусмысленно, а чтобы найти четкие ответы, корреспонденту "ИП" Андрею Гулютину пришлось проверить все возможные риски на себе

Вот, например, Останкинская башня. Наверное, разбудят москвича посреди ночи, дадут ему карандаш - он ее нарисует по памяти. А фотографировать ее, оказывается, нельзя: стратегический объект. Как рассказал ИП подполковник Федеральной службы безопасности Игорь Сергеенко, к перечню этих объектов обычному человеку доступ закрыт. "Эти перечни подразделяются по уровням: федеральные, региональные, местные,- говорит подполковник Сергеенко.- Но так или иначе, из трех грифов секретности - "секретно", "совершенно секретно" и "особой важности" - список стратегических объектов попадает в последнюю, самую строгую категорию". Даже сотрудники одного режимного объекта, подписывая бумаги о неразглашении, ничего не знают о других.

Несуразица заметна сразу. Как понять, что объект, стоящий у всех на виду, нельзя фотографировать, если его статус секретен? Это может выясниться только постфактум: когда возле телебашни к вам подойдет бдительный милиционер и потребует убрать фотоаппарат, как это произошло с корреспондентом ИП. Стратегическими признаны и мосты, и вокзалы, и Кремль - все это легко сфотографирует не только агент ЦРУ, но и любая школьница с "мыльницей", и ей в голову не придет, что здесь снимать запрещено. Нигде этого не написано.

Да и закона, утверждающего, что съемка стратегических объектов запрещена, не существует: это практика еще советских времен, которую никто не подвергает сомнению.

В российском законодательстве фотосъемка вообще очерчена не резко. Само понятие упоминается всего несколько раз. Например, гражданско-процессуальный и арбитражно-процессуальный кодексы регламентируют фотографирование в зале суда. Закон о средствах массовой информации позволяет журналистам "проводить фото и видео- съемку, если это не противоречит законодательству РФ".

Кодекс об административных правонарушениях карает за нарушение правил фотографирования на борту воздушного судна (кто видел эти правила?) штрафом до одного МРОТ и конфискацией пленки (цифровая эра для законодателей еще не наступила).

И, наконец, Федеральный закон "О животном мире" разрешает нам беспрепятственно фотографировать объекты животного мира (см. справку на стр. 12), если тому не наносится вреда (вы не заставляете енотовидную собаку произнести "чи-из"). В остальном, по большому счету, процесс фотосъемки описывается прекрасным юридическим понятием "правовой вакуум".

Корреспондент ИП решил испытать границы дозволенного со своим фотоаппаратом в руках.

Профессиональный риск
Один инцидент навсегда заставил меня опасаться всех и вся в ходе выполнения профессиональных обязанностей
Это было года два назад, осенью. Мне дали задание снять празднование дня рождения Аллы Борисовны Пугачевой в ресторане "Эльдорадо". Незадолго до начала церемонии я подошел к охраннику ресторана и спросил, можно ли выход звезд сфотографировать, тот ответил, что можно, но не на крыльце, потому как это частная собственность. Я отошел к проезжей части и вижу: подъезжает лимузин, открывается дверь, оттуда выходит кудрявый гигант Филипп Киркоров, ну и сама именинница. Знаменитая чета заметила, что я сделал несколько снимков "трехсоточкой", но никак не отреагировала и прошествовала в ресторан. И тут подошли двое, похожие на охранников, молча схватили - и лицом о колено! После чего поволокли к себе в машину, сломали камеру, попытались отнять пленку, но тут я начал истошно орать, звать на помощь. На крик подошел дежуривший неподалеку гаишник и сказал, что они "совсем уж оборзели". Пока охранники переключились на беседу с милиционером, я сиганул к нему в машину, и он отвез меня подальше - правда, без особой радости на лице. Затем я зафиксировал у врачей побои, обратился в милицию, где в итоге возбудили дело. Однако в конце концов я забрал свое заявление.
За фотоаппарат мне выплатили страховку, ну а если бы дело дошло до суда, то преступники, объяснили мне адвокаты, много не получили бы. Ведь эти двое, как оказалось, формально были не охранниками, а менеджерами, и их привлекли бы за обычное хулиганство, а не по более серьезной статье за превышение полномочий.
Сергей Михеев, фотокорреспондент газеты "КоммерсантЪ"

К содержанию

Вторжение в частную жизнь

"Уберите камеру, молодой человек!" - потребовала от меня стройная блондинка, когда я навел на нее объектив. Я попытался оправдаться, мол, девушка прекрасна, а на дворе весна, но в ответ услышал такое, что на телевидении выразительно заменяется звуком "п-и-и". Тут откуда-то сбоку от разгневанной леди выдвинулся широкоплечий молодой человек, и я не стал больше испытывать судьбу.

С правовой точки зрения, заверяет ИП адвокат столичной коллегии "Князев и партнеры" Александр Арутюнов, я ничего страшного не совершил. Чтобы сфотографировать на улице понравившуюся девушку, вам не требуется спрашивать у нее согласия, если вы не собираетесь ее снимок где-то публиковать.

Однако и ретировался я тоже правильно: когда кто-то, пусть даже и не совсем вежливо, запрещает себя снимать - закон на его стороне. Хотя Конституция (ст. 44) гарантирует каждому "свободу литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества" (а фотосъемку, безусловно, можно отнести к творчеству), та же Конституция в ст. 24 объявляет, что "сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются".

"Нет законов, запрещающих вести съемку, поэтому никто не обязан заручаться дополнительными разрешениями на ее ведение,- говорит юрист.- В тоже время законодательство говорит о "недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела"". Это, по словам адвоката, означает, что вам могут запретить снимать не только свою физиономию, но и собаку, автомобиль или, скажем, сумку.

Частное лицо - пенсионер в парке культуры и отдыха - как объект фотосъемки ничем не отличается в правовом отношении от должностноголица - милиционера или сотрудника ДЕЗа. Снимать его можно, если тот не высказался против. Фотолюбитель не может этого делать также и скрытой камерой: ее применение разрешено лишь журналистам и следственным органам. Формулировки, впрочем, конкретностью не отличаются. Журналисты могут снимать тайком в соответствии с п. 2 ст. 50 закона "О СМИ", "если это необходимо для защиты общественных интересов и приняты меры против возможной идентификации посторонних лиц". Следователи - в соответствии со ст. 186 Уголовного процессуального кодекса РФ, разрешающей ведение скрытой съемки подозреваемых на основании соответствующего решения суда, или в особых случаях - на основании заявления потерпевшего, свидетеля или их близких родственников.

В соответствии с правовой логикой получается, что вы не имеете права сделать и снимок на пляже, если хотя бы один из отдыхающих товарищей, что попадает в поле вашего зрения, против. И это логично: возможно, супруга господина, который не хочет быть запечатленным, не знает, что он проводит время в Серебряном бору с неизвестной брюнеткой, а напротив, уверена: Евгений Серафимович сейчас пребывает в ответственной служебной командировке в городе Моршанске.

Такой порядок вещей, конечно, мог бы поставить крест на всей съемке, практикуемой, например, журналистами, но тут им, по словам адвоката Романа Островского, приходит на помощь закон. Статься 49 закона "О СМИ" гласит, что журналист не обязан получать согласие на распространение в средстве массовой информации сведений о личной жизни гражданина, когда это, опять же, "необходимо для защиты общественных интересов".

Как отметил Островский, закон "О СМИ" никоим образом не регламентирует статус журналиста. "Таким образом, любой из нас может назвать себя журналистом, и никто - во всяком случае на месте - не сможет доказать обратного,- делает вывод юрист.- Следовательно, всегда можно сказать, что вы находитесь на страже общественных интересов". А общественный интерес, как известно, можно найти в любой ситуации. Что, однако, не снимает с репортера ответственности за вмешательство в личную жизнь. Гражданин, почувствовавший себя ущемленным от публикации своего изображения, вправе обратиться в суд. Правда, такие процессы крайне редки: затянется дело надолго, а доказать реальный ущерб сложно.

В качестве примера Островский привел "бородатый" судебный прецедент. Летом 1997 года в республике Тыва проводился республиканский конкурс красоты "Дангыня-97", в ходе которого фотокорреспондент газеты "Центр Азии" запечатлел Алевтину Куулар, завоевавшую титул "мисс скромность", смолящую сигарету. Это фото вскоре газета опубликовала, и "мисс" обратилась в суд с исковым заявлением о защите чести и достоинства. Красавица, как выяснилось в ходе судебного разбирательства, скрывала от своих близких, что курит. Девушка требовала от издания 10 млн неденоминированных рублей и публичного извинения. В результате, по итогам нескольких заседаний, "мисс скромность" не получила ничего. Президиум Верховного суда республики Тыва решил, что газета не знала и не могла знать, что "курение Куулар А. О. в общественном месте может являться ее личной тайной".

Впрочем, все тонкости в вопросе, можно или нельзя кого-то снимать, упираются в одно ключевое обстоятельство. Запрещать съемку частное лицо может только на словах. Если бы широкоплечий друг блондинки попытался силой заставить меня, скажем, уничтожить снимки, закон был бы уже на моей стороне. "Когда, пытаясь воспрепятствовать съемке, кто-то в отношении вас применяет действия насильственного характера,- комментирует адвокат Арутюнов,- нарушается Кодекс об административных правонарушениях, а в более серьезных случаях - и уголовное законодательство". Так что можно смело вызывать милицию, если гражданин грубо схватил вас за рукав и требуют стереть файлы с только что отщелканной флешки. Если же кто-то повредил вашу аппаратуру, то, помимо вызова милиции, постарайтесь найти двух свидетелей: на основании составленного милиционером акта с их подписями можно будет подавать на обидчика в суд с требованием возмещения ущерба - материального и морального. Как пояснил адвокат, если вы произвели съемку до того, как вам воспрепятствовали в этом, снимки стали уже вашей собственностью, и потребовать удалить их сможет лишь суд. Но для этого объекту съемки надо сформулировать, как именно ему был нанесен ущерб. Само по себе существование снимка в вашем личном архиве прямой угрозы никому не несет.

Музейное дело
Фотографировать внутри столичных музеев, театров и кинотеатров в основном дозволяется только со специальным на то разрешением
Оно требуется для съемки практически любого спектакля. Как рассказала ИП сотрудница пресс-службы Государственной Третьяковской галереи Анна Котляр, чтобы вести фотосъемку в "Третьяковке", также необходимо получить согласие руководства. А оно наверняка не разрешит снимать со вспышкой. "Из соображения сохранности экспонатов",- подчеркнула Анна Котляр. По ее словам, вспышка особенно губительна для графики. Однако в галерее, судя по всему, понимают, что благодаря развитию техники помешать съемке не всегда возможно, и не препятствуют фотографированию с мобильных телефонов. В Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, как выяснил ИП, фотографировать разрешено любым фотоаппаратом: надо лишь выключить вспышку, причем денег за это не берут.
Нередко встречается и другой вариант, особенно популярный в областных музеях: вы вносите в кассу музея определенную сумму (как правило, от 30 до 80 руб.) и ведете съемку. Для видеосъемки существует отдельный, более высокий тариф. Картинные галереи обычно нельзя снимать даже за доплату.
Если говорить о столичных клубах, то здесь запреты на съемку возникают главным образом во время концертов "звезд", которые не желают, чтобы их фотографировали. В тоже время не следует забывать, что клубы и кафе - частные заведения и, как в случаях с супермаркетами, руководство само определяет внутренние правила.
Предельно жесткие запреты на съемку приняты в казино и залах игровых автоматов.

К содержанию

Нарушение коммерческой тайны

Покатавшись с фотоаппаратом по столице, я выяснил, что в различных коммерческих организациях к фотоискусству относятся по-разному - от агрессивного неприятия до добродушного замечания: "Снимай, сколько влезет".

Охранник "Седьмого континента" на Фестивальной улице велел мне "закругляться", едва я успел сделать в торговом зале несколько снимков. Я попытался уточнить, какими документами руководствуется секьюрити, и тот указал пальцем на пиктограмму: перечеркнутый фотоаппарат на дверях магазина. Остальные вопросы охранник предложил задать его руководству, а когда я поинтересовался его фамилией, демонстративно перевернул свой бедж лицевой стороной внутрь. Я решил скрыться с его глаз и поснимать банки и бутылки на стеллажах, не привлекая внимания. Спокойно сделал несколько десятков снимков, хотя ожидал, что буду повязан охранниками, заметившими шпиона камерами видеонаблюдения. Обратившись потом в пресс-службу торговой сети, я выяснил у ее сотрудника Дмитрия Попова, что снимать в "континентах" действительно запрещено, потому что "руководство распорядилось".

Такая же ситуация оказалась в сети "Перекресток". Впрочем, начальник службы безопасности ТД "Перекресток" Сергей Егоров дал более развернутое объяснение: "Прежде всего это защита прав и комфорта других покупателей, многие из которых вовсе не хотят попасть в кадр в магазине". И дело не только в заботе о посетителях.

""Перекресток", будучи собственником магазинов и товаров, в соответствии со статьей 209 ГК РФ, вправе распоряжаться своим имуществом, в том числе запрещать или разрешать его фотосъемку",- аргументировал запрет господин Егоров. Адвокат Арутюнов подтвердил ИП законность требований владельцев магазинов. А другой столичный адвокат, Роман Островский, в своем комментарии ИП отметил, что, помимо закрепленных правовых норм, существует такое понятие, как "правовой обычай". "Он не является для судьи директивой, но учитываться при вынесении решения может",- отмечает юрист. Так вот, по "правовому обычаю", нахождение человека в общественном месте, свободном для доступа других лиц, не может быть отнесено к сфере его частной жизни. То же самое, по словам адвоката, можно сказать и о товарах, лежащих на полках в магазине,- следовательно, никаких разрешений на съемку заранее получать не требуется и, как и в случае с частными лицами, снимать в магазинах или, скажем, парикмахерских нельзя, только если это запретит администрация. Как показал опыт, запретить она может снимать не только интерьер, но и здание снаружи. Охранники магазина Metro довольно грубо попросили меня убираться восвояси, когда я пытался сфотографировать подругу на фоне гипермаркета.

Впрочем, не во всех коммерческих организациях работают душители свободного фотографического творчества. Я на глазах у охранников без малейших замечаний с их стороны провел длительные фотосессии в "Метромаркетах" на Соколе и Тимирязевской, в "Москвичке" на Комсомольской площади, в "Рамстор-сити" на Ленинградке. Петр Колесников, юрист ООО "Рамэнка", организации, контролирующей сеть супермаркетов "Рамстор", подтвердил, что в их магазинах к любительской съемке относятся лояльно: пусть люди щелкают затворами, раз уж им рамсторовские стеллажи показывались достойными этого.

Впрочем, ряды майонеза захочет снимать разве что увлеченный фотолюбитель. Другое дело, если выбираешь мебель.

Как сказали ИП в ТК "Гранд", некоторое время назад в их мебельном центре действовал запрет на фотосъемку, однако, идя на встречу покупателям, администрация его сняла. "Если человеку понравился шкаф, но он хочет посоветоваться с близкими,- рассказали ИП в администрации торгового комплекса,- разумеется, ему проще его сфотографировать, чем везти к нам всю семью".

Другое дело - профессиональная съемка: прежде чем ее начать, по правилам торговых сетей, всегда нужно испросить разрешение руководства. Профессиональной можно считать ту съемку, которая подразумевает публикацию снимков и извлечение выгоды. Однако законодательно это нигде не закреплено, и, пожалуй, единственное нормативное определение, хоть как-то описывающее различие между фото-профи и любителем, существует в правилах пользования Московским метрополитеном. Под землей профессиональной считают ту съемку, при которой используется внешняя вспышка, штатив и широкоугольный объектив - достаточно любого из этих аксессуаров. Запрет на любительскую съемку был снят в 2004 году, хотя об этом знают далеко не все сотрудники метрополитена, нередко по старинке пытающиеся препятствовать.

На "Соколе" женщина в униформе пригрозила вызывать милицию, на "Бабушкинской" милиционер подошел сам, проверил документы и доверительно сказал: "Зря ты здесь снимаешь". Дразнить старшину продолжением не противоречащей закону фотосессии я не стал.

В конце концов, как объяснил ИП источник в ФСБ, новый закон "О противодействии терроризму" дает сотрудникам правоохранительных органов широчайшие полномочия: может, он заподозрил в моих действиях "информационное пособничество терроризму". Хотя и здесь, по словам собеседника ИП, все не так просто.

Дело в том, что соответствующая - пятнадцатая - статья из действующего до 1 января следующего года закона "О борьбе с терроризмом" исключена, а новый закон - "О противодействии терроризму" - вступит в силу опять же с 2007 года.

Прерванный полет
Отличия в правилах видео- и фотосъемки можно найти разве что в "Правилах пользования Московским метрополитеном": проведение кино- и видеосъемки без письменного разрешения администрации запрещено, в то время как для любительской фотосессии его не требуется.
В остальных случаях, по словам юристов, "по умолчанию" на видеооператора распространяются те же правила, что и на фотографа: и то и другое относится к сбору информации. Как рассказал ИПадвокат Александр Арутюнов, наше законодательство одинаково защищает частные интересы. "Неважно, сняли вас на видеокамеру или на фотоаппарат,- объясняет господин Арутюнов.- Если вы против этого, можете настоять на прекращении съемки, а обнародовать отснятое разрешается лишь с вашего согласия". Впрочем, на практике это правило не соблюдается. В частности, многих персонажей телепрограммы "Очевидец" на Ren TV и ей подобных проектов показывают, мягко говоря, в неудобном положении. Однако спрашивать их разрешения никто и не думает. Как рассказал на форуме ИПчитатель под ником Ryst, 10 мая этого года в программе "Очевидец" демонстрировался сюжет с неудачным приземлением мотодельтаплана. ""Героем" этого сюжета оказался именно я,- написал Ryst. Мне, тщательно скрывавшему этот факт, оборвали телефон знакомые. Я считают, это падение стало угрожать моей репутации". Читатель попытался связаться руководством программы с просьбой больше не показывать и не распространять этот сюжет, а также сделать неузнаваемым лицо на съемке, но на телевидении ответили, что "будут делать с сюжетом, что хотят".
Как прокомментировал ситуацию ИП адвокат Андрей Князев, хотя закон и на стороне невольного героя программы, у того практически нет шансов отстоять свою правоту в суде. "Садясь в свой агрегат, гражданин мог ожидать, что будет увиден кем-то, а возможно, и снят: вряд ли такой полет можно трактовать как момент личной жизни, не предназначенный для глаз посторонних",- подчеркнул юрист. По словам адвоката, оскорбляющими или задевающими личные интересы считаются кадры, явно не предназначенные для чужих глаз, например интимные. Ни один судья, по мнению Князева, не увидит связи между падением мотодельтаплана и нарушением личных интересов.

К содержанию

Шпионские страсти

В старые времена о подозрительном человеке с фотоаппаратом бдительные граждане тут же сообщали куда следует, и фотолюбителя, снимающего вагоностроительный завод, известный на весь мир своими танками, ожидал любопытный разговор в местном управлении комитета государственной безопасности.

Но и сейчас, как рассказал ИП сотрудник ФСБ, пожелавший остаться неизвестным, спецслужбы и милиция тоже могут без объяснения причин запретить вам снимать мосты, тоннели, вокзалы, аэропорты, госучреждения и вообще любой объект, который они сочтут стратегическим. "Таковы наши служебные инструкции",- объяснил ИП собеседник.

Тем не менее в Шереметьеве2 я нафотографировался своей "мыльницей" вдоволь, и только когда начал "выпускать птичку" едва ли не перед столом таможенника, получил приказ прекратить съемку: мне вежливо указали на запрещающий знак.

Как рассказал ИП сотрудник пресс-службы аэропорта Шереметьево Дмитрий Петроченко, запрет на фотосъемку существует во всех аэропортах, потому что "любой из них относится к режимным объектам".

Более того, в Шереметьеве как в международном аэропорту съемку надо согласовывать не только с руководством, но и с ФСБ. "Однако,- признал сотрудник пресс-службы результаты моего эксперимента,- люди в принципе приезжают и спокойно снимают".

Следует также отметить, что, несмотря на закрепленный административным кодексом запрет на съемку с борта самолета, секреты, над которыми так тряслись в Советском Союзе, в интернете лежат в открытом доступе в виде сделанных из космоса снимков.

Железные дороги тоже являются режимным объектом, тем не менее мне спокойно удалось пофотографировать на всех трех вокзалах, несмотря на заверение пресс-службы ОАО РЖД, что сотрудники милиции тут же пресекут фотосессию.

А в Московском речном пароходстве вообще затруднились ответить, разрешена съемка на речных вокзалах и пристанях или нет.

Буква закона
О Фотосъемке законодательство говорит мало и подчас противоречиво
Конституция РФ, cт. 44: "Каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества"; ст. 24: "Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются".
Гражданский кодекс РФ, ст. 209: "Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом".
Закон РФ "О средствах массовой информации", cт. 47: "Журналист имеет право проводить фото- и видеосъемку, если это не противоречит законодательству Российской Федерации".
Гражданский процессуальный кодекс РФ, ст. 10 п. 7: "...Фотосъемка, видеозапись, трансляция судебного заседания по радио и телевидению допускаются с разрешения суда".
Кодекс РФ об административных правонарушениях, ст. 11.17 п. 4: "Нарушение правил фотографирования, видео- и киносъемки либо пользования средствами радиосвязи с борта воздушного судна влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере до 1 МРОТ с конфискацией пленки".
Федеральный закон "О животном мире", ст. 44: "Пользование животным миром... посредством... фотографирования... без изъятия объектов животного мира из среды обитания допускается без специального разрешения и бесплатно, если эти методы не наносят вреда животному миру..."
Андрей Гулютин
Статья предоставлена журналом
Имеешь право