Вы когда-нибудь ездили на машине в дальние страны с двумя маленькими противными девочками? С девочками, которые и в трехкомнатной квартире не могут провести вместе больше одного часа – тут же начинают что-то делить, ругаться и драться? А вы попробуйте сделать это – с вами приключится наиволшебнейшая история!

Итак, сказка начинается...

Одним ранним-ранним утром, когда вся Москва спала и даже фанатичные дачники еще только вырывались из объятий Морфея, желая обогнать всех и встать в пробке первыми, мы уже ехали по шоссе, именуемому в народе Новая Рига. Путь наш лежал отнюдь не в Ригу – ну их, националистов проклятых, а в милую Палангу, почти родную для многих не первой свежести москвичей.

Теперь разрешите представиться. Мы – это, во-первых, наша довольно большая темно-золотая машина, которую зовут Ситроенка. Характер у нее покладистый, но не без приколов, как у всех в нашей семье. А во-вторых, содержимое Ситроенки. Папа – товарищ нервный, как все отцы семейств, но отходчивый. Не переносит, когда в его любимой Ситроенке кто-нибудь что-нибудь ест. Мама – регулировщик всех семейных течений. В отличие от папы обожает, когда дети в машине поглощены едой, а не выяснением отношений. И, наконец, две замечательные девочки, шести и девяти лет.

Замечательны они прежде всего потому, что их невозможно не заметить. Они практически постоянно дерутся, делая, правда, перерывы в драках, чтобы нежно обняться: "Давай помиримся!" Помирившись, начинают задорно и сплоченно цапаться с родителями. Существует семейная легенда, повествующая об истоках их отношений. Едва научившись говорить, младшая однолетка обратилась к старшей с просьбой: "Дай!", на что ей был дан вразумительный ответ: "Не дам!" Диалог, состоявший исключительно из этих двух фраз: "Дай" – "Не дам", "Дай" – "Не дам", "Дай" – "Не дам", спокойно продолжался сорок минут, пока маме не надоело его монотонное течение. С тех пор диалоги между любящими сестрицами практически не менялись, только добавилось шумовое сопровождение и сцены избиения младенцев.

Ну, заканчиваем лирическое отступление. Итак, мы выехали в Литву. Надо признаться, что ничего сказочного не должно было произойти на нашем пути. Благополучное Подмосковье сменилось за окнами Ситроенки копиями с картины Брюллова "Последний день Помпеи". Разруха, вросшие в землю по крыши дома, древние старухи, пробирающиеся к колодцам – что сказочного в этой картине? Только когда мы подъехали к Белоруссии, стране неубитого коммунизма, картина начала понемногу меняться. Появились ухоженные поля, окрашенные в один цвет домики вдоль дороги и труженики сельского хозяйства, несущие вахту в поле.

Детям эта картина показалась странной: что может делать такое количество людей на свежем воздухе, вооруженное таким количеством сельхозинвентаря и тракторов? До этого единственным человеком, вкалывающим в полях, для них была бабушка на даче в оформлении мирно спящих в шезлонгах родителей. По дороге подобное тоже встретилось впервые: Подмосковье заполнено коттеджами за двухметровыми заборами, за пределами же Подмосковья активная жизнь вообще практически не встречалась.

В Белоруссии дети впервые увидели коров – в Московском зоопарке таких животных не держат! И долго пытались запомнить множественное число от слова стог: стоги, стога – ах, как много тайн в родном русском языке!

Вот так и ехали, и вроде бы ничто не предвещало сказки. Только после пересечения литовской границы повеяло каким-то сказочным ароматом. И дело не только в том, что вдруг каким-то волшебным образом на дороге ровнейшим полотном выстелился асфальт. И даже не в том, что замки Синей Бороды ближнего Подмосковья, мрачные избушки времен отечественной войны в глубинке и одинаково убогие, какие-то сердитые, белорусские домики сменились чистенькими, хорошенькими, как будто умытыми и приветливо улыбающимися пряничными домиками Литвы. И даже не в том, что по обочинам дороги стали расти какие-то небывалые аккуратно подстриженные кустики. А в том, что вдруг появились аисты. Да, именно вдруг! Как будто эти птицы что-то знали о визовом режиме и не пересекали границу без нужных документов.

Первого аиста мы встретили после утомительного стояния в очереди на контрольно-пропускном пункте. Его заметила наша младшая. Она была расстроена проигранной борьбой за лежачее место на заднем сиденье и, демонстративно уставившись в окно, пыталась попой отпихнуть лежащую голову сестры.

"Мама! Смотри!" – раздался истошный вопль. Мы обернулись: прямо у обочины стоял аист, совершенно не обращая внимания на нашу машину. Папа вдавил тормоз в пол. Ситроенка испуганно врылась в землю, все в потрясении выскочили из машины.

Даже если бы мы увидели динозавра, волнение не могло бы быть большим. Вот только, пожалуй, появление птеродактиля могло быть офигительнее. Аист был необъяснимо прекрасен, прежде всего, своим сходством с этим представителем фауны древнего мира (насколько мы могли представлять себе это сходство!), а потом своей близостью и доступностью. Его хотелось погладить по спинке, тем более оказалось, что размерами он вполне сравним с собакой. Но аист отверг посягательства – едва заметив наши попытки приблизиться, расправил крылья и взлетел.

Мы замерли в восторге, и казалось, он почти коснулся нас своим крылом, во всяком случае, легкий ветерок точно погладил наши волосы. Дети завизжали – они были свидетелями чуда! Да и мы чувствовали себя первооткрывателями, хотелось срочно бежать в какую-нибудь академию наук и заносить свои свидетельские показания в реестр открытий мирового значения. Успокоились мы с трудом, долго обсуждали увиденное, пытаясь зафиксировать в памяти каждое мгновение этой встречи с непознанным. Потом все-таки утихомирились и поехали дальше.

И тут оказалось, что чудо как будто размножилось: на столбах, на крышах домов, на деревьях, просто в поле – везде были аисты. Вначале мы не верили своим глазам. Потом стали считать и через пару часов сбились со счета – этих прекрасных птиц оказалось бесконечно много. Мы даже успели почти потерять интерес, ведь размноженное чудо – уже вроде и не чудо вовсе. Ко всему же подлец-человек привыкает! Кто-то из классиков, между прочим, сказал.

"Какая же это благословенная страна!" – раздался вдруг голос с заднего сиденья. Мы в изумлении оглянулись. Реплика принадлежала старшей дочери, за целый день в дороге из ее рта доносилось только: "Уберите эту дуру!", "Зачем вы родили мне младшую сестру!", "Заткнись сейчас же!" и тому подобное. Словом, контраст с этой фразой был разительный.

Мама обрадовалась возможности развить тему красиво: "А вы знаете, есть поверие, что аисты приносят..." Но фраза так и осталась незаконченной. "Пусть принесет мне лошадь!" – заорала старшая, едва осознав, что есть кто-то, приносящий что-то за просто так. "Да нет, аисты детей приносят в клюве", – мама все же не оставляла попыток донести до малолеток затертый эпос. "Нет, детей нам уже не надо!" – папа в ужасе затормозил, увидев впереди целую компанию аистов, что-то выискивающих в свежевспаханной земле. Бедный папа, он подумал, что аист как черная кошка – если ему вздумается перейти дорогу, то появления еще одного ребенка не избежать! "Мама, они и лошадей приносят! Надо только очень сильно захотеть!" – это уже добавила младшая, у которой были все зачатки стать впоследствии психотерапевтом. – "Давайте начнем хотеть!"

Папа расслабился, отпустил Ситроенку и поддержал дочерей: "Лошадь, конечно, можно хотеть! Даже нужно хотеть лошадь! Если ты видишь аиста и при этом сильно хочешь лошадь, то она у тебя непременно появится!" "Особенно, если ты будешь хорошо учиться, а потом очень хорошо работать!" – мамина педагогическая жилка не засыпала даже на отдыхе.

Дети затихли, видимо, сосредоточившись на усилении желания. Папа в таких неимоверно идеальных условиях стал засыпать за рулем. "Остановите машину!" – вопль с заднего сиденья раздался вовремя во всех отношениях. Во-первых, папа-таки клюнул носом, во-вторых, младшая, напряженно желая получить от аиста лошадь, вдруг собралась описаться, в-третьих, старшая увидела наиживописнейшую картину, которую все и стали рассматривать, пока младшая пропадала в кустах.

На вершине старого столба у дороги была каким-то образом прикреплена старая автомобильная покрышка – ах, как литовцы заботятся о своих столь прекрасных гостях! На этой покрышке, как на подставке, было свито огромное гнездо. А в этом гнезде сидели два аистенка и жалостливо щелкали клювами. Щелкали они недолго – покружив в воздухе, подлетела мама (нет, не наша, аистовая!) и что-то положила им по очереди в клювы. Через пару секунд жалостливое щелканье возобновилось, тут настала очередь аиста-папы (собственно, мы не до конца уверены, кто подлетал в гнездо первым, кто вторым). Но зрелище было душещипательное!

Младшая, выбежав из кустов, прошептала, чтобы не спугнуть удачу: "Загадываем, загадываем!" И две сестрицы в невиданном ранее единении бросились на колени, сложили вместе ладошки и начали что-то слаженно бормотать. Обрадованные свалившимся на них периодом спокойствия, родители расслабленно завалились в траву. Денек был на редкость удачный, долгое путешествие подходило к концу. Еще пару часов, и можно будет нырнуть в суровое, но прекрасное северное море. Из состояния дремоты нас вывел вопль Ситроенки, которая отчего-то решила расплакаться сигнализацией.

"Что такое?" – папа очень переживал за самочувствие любимой машины, дорога все-таки дальняя, не дай бог не выдержит. Он подбежал к ней и замер безмолвно, как будто играл в игру "Море волнуется раз"... Сзади в Ситроенке находилась маленькая лошадка.

Она стояла копытами прямо на кожаном сиденье (что не преминул отметить папа, озабоченный чистотой своей машинки даже в состоянии крайнего изумления), чуть-чуть не доставая головой до потолка. Ситроенка продолжала жалобно стонать, как будто переживая тоже за это незваное вторжение. Плачущая машина и папа, стоящий рядом в бездействии – довольно непривычная для нашего семейства картина, поэтому мы все довольно быстро подтянулись к месту происшествия. И тоже сыграли в "Море волнуется раз". Согласитесь, вряд ли найдется человек, адекватно реагирующий на появление лошади, пусть и маленькой, в своей машине. Да и что есть адекватность в данном случае?

Минут через пять мы все-таки ожили, открыли машину и, отталкивая друг друга, стали тискать эту чудо-лошадку. "Волшебная! Ее принес аист!" – убежденно кричала младшая. "Это жеребенок шетленского пони", – старшая у нас известный знаток лошадей, да это, пожалуй, и единственное, что ее интересует. "Невероятно!" – это уже родители, у которых нет ни веры, ни фантазии. Жеребенок доверчиво жался к нашим ногам, с удовольствием хрумкал предложенную ему травку и вообще чувствовал себя как дома.

Дети не сомневались в том, что чудо с ними произошло на вполне законных основаниях. Аист был? Был. Просьба была? Была. Сильное желание в наличии? Еще какое! Этот жеребенок – законное вознаграждение за все неисчислимые страдания, выпавшие на их тяжелую детскую долю.

Наше родительское мнение было не столь однозначно, но мы не смогли внятно изложить свои сомнения. Собственно, мы еще в течение нескольких часов не могли сказать ничего внятного. Но лошадка хоть и необъяснимым образом, но появилась именно в нашей машине, покидать нас явно не имела никакого желания, да и других претендентов на нее поблизости не оказалось. Короче, надо было брать. Вообще-то, не взять ее можно было только в одном случае – бросив вместе с ней и своих дочерей. А этого сделать никак нельзя, несмотря даже на то, что иногда очень сильно хочется.

И мы поехали: Ситроенка, в ней папа, мама, дети и лошадь на заднем сидении, а аисты все так же вокруг. Волшебная картинка!

Лошадка оказалась сказочно покладистым существом, но трудности с ее появлением у нас появились отнюдь не сказочные. Но несказочного в нашей жизни и так достаточно – так к чему же писать об этом? Скажем только, что назвали мы ее Аистенком, выросла она в замечательную шетленскую пони, как верно определил наш семейный знаток лошадей, и жить она стала на конюшне, расположенной не так уж и далеко от нашего дома. Дети с появлением в семье Аистенка вдруг перестали ругаться, пожалуй, именно это и явилось самым большим чудом для нас.

Никто не верит, что с нами произошла такая сказочная история. "Пони недорого стоят, вы купили ее. Вот если бы динозаврик! Перестаньте врать, чему вы учите своих детей!" – отчитывают нас "доброжелатели".

Но мы-то знаем, чему мы их учим! Точнее, мы уверены, чему эта история научила всех нас: чудеса в жизни возможны, все зависит от силы желания. А еще к этому сильному желанию нужны аисты, приносящие в клювах счастье!

В следующем году мы опять поедем в Литву: маме нужна интересная работа, папа хочет домик у озера, у старшей нет PSP, младшая страдает без велосипеда, Аистенок оказалась без теплой попоны... Нет, сначала надо бы освежить в памяти "Сказку о рыбаке и рыбке". Где там у нас Пушкин?

Валентина Кром, krom@migmail.ru.