Письмо от дочери взволновало меня. Казалось бы, что особенного? Когда мы растим дочерей, то подразумевается, что им предстоит стать чьими-то женами. Однако, когда доходит до дела, нервничаем и переживаем гораздо больше них.

Дочь сообщала, что выходит замуж, что жених - очень славный и вообще лучше всех; Что они, как встретились, так и наговориться не могут; что это большая любовь и, конечно, на всю жизнь. Жених младше, но всего-то месяцев на десять, и все прекрасно. Хорошо, не забыла в конце письма сделать приписку и указать день и место бракосочетания!

В дороге, с того самого момента, как я брала билет, меня не оставляло ощущение, что я все это уже видела когда-то. И только подъезжая к дому на берегу озера, вспомнила: мы здесь были четверть века назад - снимали дачу в полуразвалившемся особняке. Его хозяйка - в ту пору она казалась мне очень старой, хотя лет ей было не больше, чем мне сейчас - была неразговорчивой. Она каждый день ходила на почту и, видимо, напрасно. Потом от соседей я узнала, что ее дочка сбежала из дома и вышла замуж против воли матери. Может быть, дачники были нужны, чтобы не давили тишиной старые стены.

Теперь дом был капитально отремонтирован. Мне сказали, что жених - наследник этой усадьбы, а после отца он получил хорошее состояние и отремонтировал бабушкин дом всем на зависть. Что ж, наверное, та девица была не такой уж легкомысленной.

Письмо немного запоздало, а дорога была неблизкой так что я успела приехать только к возвращению молодых после венчания и благословить их. Вот так получилось, что с женихом дочери я познакомилась, когда он был уже новобрачным.

Парень был довольно симпатичный, как говорят в народе, "востроносенький". На верхней губе топорщились рыжеватые усики. Что-то во взгляде его круглых черных глаз показалось мне знакомым. Он тоже внимательно посмотрел на меня, и мы почти одновременно спросили: " Мы раньше нигде не встречались?" Перебрали места отдыха, поискали общих знакомых - нет - так нет. Показалось.

Свадьба была по высшему разряду. Прекрасный обед в одном зале, танцы - в другом. Играли профессиональные музыканты, гости веселились вовсю.

Я устала от шума и вышла в соседнюю комнату. Да, именно ее мы и снимали. Громадные окна и стеклянные двери, выходящие на лужайку у озера. От этих дверей ночью немилосердно дуло, поэтому кроватку для дочурки, которой недавно исполнился месяц, мы поставили к противоположной стене - вон туда. Я огляделась. Хотя было всего часов пять вечера, в комнате было сумеречно, так как выходила она на восток, и вечернее солнце посылало сюда только блики, отраженные озерными волнами. Легкий запах сырости, блики на высоком потолке и стенах - двадцать пять лет назад они были в глубоких трещинах - все как тогда. Меня передернуло от ужасного воспоминания.

Был точно такой же чудесный летний вечер. Я писала письмо за столом у окна, а малышка спала в кроватке. Вдруг мне послышался шорох. Я обернулась и увидела, что громадная серая крыса сидит на одеялке и обнюхивает личико дочурки. Я не из тех, кто в трудных ситуациях поднимает визг, поэтому просто вскочила, схватила табурет и бросилась спасать дитя. Крыса - это был крупный старый самец - тяжело плюхнулась на пол и побежала к дыре за плинтусом. Я успела огреть ее табуреткой и замахнулась снова, как вдруг, среди предсмертного писка и хрипа крысы мне послышались слова:"Невеста...моя невеста...только посмотреть..."

Крыса вытянулась и замерла. Я позвала мужа. Он убрал ее и восхитился моей решительностью. О том, что мне послышалось, я никому не сказала.

Я вернулась в зал и среди танцующих отыскала глазами молодых. Дочка помахала мне рукой, а зять оглянулся, и вдруг в его круглых черных глазах мне почудилась насмешка.

"Фу, так и с ума можно сойти", - подумала я, но поймала себя на том, что внимательно смотрю ему вслед - не мелькнет ли между фалдами фрака крысиный хвост.

Елена Панфилова, varvara@dtc.syzran.ru.