Содержание:

В литературе накопилось достаточное количество недоразумений, связанных с ботаникой, многие из которых имеют историю в несколько столетий.

К содержанию

История первая, или загадочная цикута

Карл Линней, будучи гениальным ботаником и создателем системы растительного и животного мира, в детстве, кроме ботаники, ничем не интересовался, за что его чуть не отдали в учение к сапожнику. Позднее он вынужден был освоить некоторые другие области знаний, весьма далекие от ботаники, например пробирное дело, минералогию, и даже изобрел стоградусную шкалу термометра, которая сейчас известна как шкала Цельсия. Что касается географии, знания его оставались весьма минимальными; именно из-за этого в названиях растений возникло немало недоразумений. Так, уже несколько столетий врачи и ботаники разбираются, чем отравили Сократа, поскольку Линней назвал цикутой растение, которое в Греции не встречается. Судя по названиям некоторых других растений, Линней был уверен, что Сибирь расположена сразу за границей Польши. Среди числящихся, по Линнею, сибирскими очень многие растения там и не встречаются.

К содержанию

История вторая, или водосбор, который не собирает воду

В декоративном садоводстве пользуется известностью красивое растение — водосбор (его научное название — аквилегия). Происхождение "имени" пытаются объяснить тем, что растение якобы удерживает воду в цветках или на листьях. На самом деле водосбор намокает под дождем не более других растений — известная многим манжетка удерживает воду гораздо лучше. Да и цветки у водосборов, встречающихся в отечественной флоре, устроены так, что вода не попадает на тычинки и пестики. В Америке есть водосборы с цветками, повернутыми вверх, но и они перед дождем поникают.

К содержанию

Откуда же взялось это странное название?

До середины XVIII века в большинстве стран, в том числе и в России, это растение называли либо голубками, либо орликами. "Птиц" нетрудно заметить, если рассмотреть цветок или крупный бутон. Чашелистики как бы образуют крылья, а лепесток, вытянутый в нектарник, — голову и шею. В зависимости от того, что мы рассматриваем — цветок или бутон, "птицы" выглядят по-разному: бутоны больше напоминают хищную нахохлившуюся птицу, а раскрытые цветки — мирного голубя.

Название "водосбор" родилось в середине XVIII века, вместе с появлением научной номенклатуры — официальных названий растений. В русской науке в это время господствовали немецкие ученые, многие из которых внесли в нее большой вклад. Но водосбору не повезло: его, по всей видимости, описывал человек, не знающий ни цветка, ни его русского названия, ни латинского языка. У немцев цветок носит название, производное от латинского слова "Аkelei" (акелей). Латинское название тоже "птичье": аquila — по-латыни орел, соответственно Aquilegia — тот же русский орлик. Переводчик же усмотрел в этом слове сложное сочетание из слов аqua — вода и lego — собираю, так "вырос" на русской земле немецкий водосбор. А в народе как звали его орликом, так и зовут. Кстати, в словаре Даля он упоминается под обоими названиями.

К содержанию

История третья, или откуда взялись ромашки

Ромашка — одно из немногих растений, известных любому говорящему на русском языке. Назвали этот цветок ромашкой сравнительно недавно. Раньше растения с белыми лепестками и желтой серединкой называли пупавками, поскольку в центре соцветия возвышается желтый "пупок". Название "ромашка" связано с проникновением на Русь средневековой медицинской литературы — травников и лечебников, в которых растения, сейчас называемые ромашкой, именовались "романом", "романовой травой", "романовым цветом".

От слова "роман", не без влияния имени собственного, образовалась уменьшительная форма "ромашка", впервые зафиксированная только в конце XVIII века в рецепте помещика и первого русского агронома А. Г. Болотова, рекомендовавшего от простуды "...один декокт (отвар). Одна часть буквицы, другая ромашки, третья шалфея".

К содержанию

История четвертая, томатная

Одна из самых забавных ошибок ботаников Старого Света — история с помидорами. Все знакомые им прежде растения семейства паслёновых, а их в Старом Свете меньше десятка, были в разной степени ядовиты.

Первый европейский ботаник, упомянувший в 1554 году помидор, итальянец Пьетро Андреа Маттиолли, из-за крупных плодов вначале отнес его к роду мандрагора, славящемуся своей ядовитостью. А поскольку в Европу попали томаты желтой окраски, они получили итальянское название "помо д'оро" — золотое яблоко. Позже помидор отнесли к роду паслён и назвали Solanum lycopersicum (паслён волчий персик). Да и современное его название не лучше — Lycopersicum aesculentum — волчий персик съедобный.

Красивые плоды томатов, свисающие нарядными гроздьями, вызвали интерес у любителей-цвето водов, и новые декоративные растения прочно обосновались в коллекциях ботанических садов и на клумбах. Французы назвали их "пом д'амур" — яблоко любви.

Кто из европейцев первым попробовал помидор и когда это произошло, неизвестно, но еще в XVIII веке это растение было малоупотребительно как пищевое. В 1780 году российский посол во Франции докладывал Екатерине II, что французские бродяги едят помидоры с клумб и вроде бы от этого не страдают. Более того, даже в Америке, на континенте, где перуанские и мексиканские индейцы уже давно выращивали томаты (название "туматль" вслед за мексиканцами впервые употребил в 1572 году итальянский ученый Гиландини), помидор до середины XIX века считался ядовитым. Причем настолько ядовитым, что в 1776 году, во время борьбы Америки за независимость, повар Джорджа Вашингтона попытался отравить его мясом, приготовленным с помидорами. Сам повар был настолько напуган содеянным, что перерезал себе горло в страхе перед наказанием, а Джордж Вашингтон, отведав томатного соуса, остался и жив, и доволен. Вот так ботаники, намудрившие с помидорами, надолго запугали европейцев их мнимой ядовитостью. Помидорный бум в мире начался только после Первой мировой войны — более чем через 350 лет после первого знакомства европейцев с помидорами.

К содержанию

История пятая. Ошибка поэта, или сорняк в мраморном бассейне

Поэт и писатель А. К. Толстой, перу которого принадлежат общеизвестные "Колокольчики мои...", очень часто упоминал в своих произведениях различные растения. Но в стихотворении "Алеша Попович" он допустил любопытную ботаническую ошибку:

"Кто веслом так ловко
правит
Через аир и купырь?
Это тот Попович
славный,
Тот Алеша богатырь!"

Прекрасно рифмующийся со словом "богатырь", купырь, увы, растение хоть и влажных мест, но сухопутное, и "править" через него лодку невозможно.

Вторая и более интересная ошибка — упоминание аира. Легендарный Алеша Попович жил во времена Владимира Красное Солнышко, то есть в Х или начале XI века (Владимир умер в 1015 году), а аир появился на Руси значительно позже — только во время татарского нашествия. Татары считали его указателем чистой воды и бросали кусочки корневищ во все встречные водоемы. В словаре Даля указано его название — "татарская сабля". Интересно, что в Московской области аир встречается почти исключительно по реке Москве и ее крупнейшим притокам; вероятно, остальные леса были непреодолимы для татарских войск. Так что аира Алеша Попович увидеть не мог, не говоря уже о том, чтобы через него пробираться, для этого заросли должны быть большими.

Источником недоразумений аир был неоднократно. Нельзя сказать, чтобы аир не знали совсем. В Средние века его в довольно больших количествах ввозили из Турции в Европу в качестве пряности и лекарства, но образцы самого растения для ботаников долгое время были недоступны.

Только в 1557 году итальянский ботаник Маттиолли получил корневища аира, собранные в Турции на озере Никомедия, в качестве подарка от турецкого султана для императора Фердинанда. В 1576 году корневища прислали в Вену, на сей раз из Константинополя. Из этих двух садов аир начал распространяться по Западной Европе и уже в конце XVII века стал довольно обычным растением.

Рассказывают, что как-то в Вену заехал начинающий ботаник из Польши. Молодой человек с удивлением спросил директора сада, известнейшего ботаника К. Клузиуса, зачем он держит в роскошном бассейне такое обыкновенное растение, известное в любой польской деревне. Представьте себе удивление и возмущение знаменитого ботаника. Но студент был прав: аир, занесенный в Польшу татарами, рос там уже около 300 лет и успел стать вполне привычным растением. И до сегодняшнего дня его называют "татарак".

Н. Замятина
Статья предоставлена журналом "Наука и жизнь", № 11 2003 год
Наука и жизнь