Диагноз мой уходит корнями в раннее детство, которое прошло в белорусских лесах. Нет, речь не о далеких сороковых, и родители мои не были партизанами. Вполне мирные семидесятые. И вот одно из самых ярких воспоминаний детсадовского возраста: я трясусь на заднем багажнике мопеда, в руках пластмассовое ведерко, мы едем в лес...

С той поры прошла уйма времени, но каждый год, примерно в одно и то же время, у меня случаются обострения. Тоска, накрывающая с головой и тянущая в дебри. Поделать с этим ничего нельзя, так как грибомания не лечится. И вот с утра пораньше, когда все нормальные люди еще добирают свое сонное счастье, ты отдираешься от кровати. Собираешь в корзинку съестные припасы — всякие бутерброды, вареные яйца, термос с чаем... Надеваешь на себя амуницию грибника. Берешь тару для урожая и ножик, резиновые сапоги, баллончик от летающей нечисти, дождевик на всякий случай. Грузишь все это в багажник и, окрыленный грибной мечтой, летишь за город.

С ревностью и тревогой поглядывая на стоящие по обочинам машины и расценивая всякого встречного и поперечного как конкурента, добираешься до заветного места. Кстати, у каждого грибника оно свое, выстраданное и добытое опытным путем. Правда, зачастую это место оказывается своим еще для доброго десятка охотников за дарами леса. Ничего не попишешь: как говаривал Михаил Жванецкий, страна у нас большая, народу много. Приедешь в аэропорт — кажется, что все летят. Придешь в поликлинику — такое ощущение, что все лечатся. С лесом, к сожалению, так же.

Но вернемся к нашим баранам, то бишь, ребятам на одной ноге и в шляпе. Вот ты приезжаешь «на точку». Достаешь из багажника немудреный скарб грибоискателя. Переобуваешься в резину — и вперед, навстречу своему лесному счастью. А оно, если год урожайный и место правильное, не заставит себя долго ждать. Знатных кровей белые, красавцы-мужчины подосиновики, астеничные подберезовики, милые сердцу лисички, крепыши сыроежки (незаслуженно игнорируемые многими собирателями, а зря), моховики, волнушки, грузди всех мастей (королевские грибы!) и прочая микобратия.

Корзинка (ведро) постепенно наполняется этим великолепием, но азарт не утихает — напротив, ты ловишь кураж и испытываешь чувство глубокого удовлетворения от вида каждого кандидата на жареху, засолку или в супчик. Не чувствуя усталости, методично обходишь полянки, кланяешься каждому подозрительному бугорку, лазаешь по оврагам-буеракам-ложбинкам, продираешься сквозь чащобу, штурмуешь поваленные деревья, хрустишь валежником и шлепаешь по чавкающим болотным кочкам.

Наконец, наступает момент, когда мысль отдохнуть и подкрепиться начинает периодически посещать твой измученный грибоманией мозг. Это происходит все чаще, и тогда ты понимаешь, что пора закругляться и топать к машине. По пути к ней очень трудно бороться с искушением отклониться от курса в надежде (в последний раз!) нарваться на какую-нибудь лакомую полянку. И да, такое происходит каждый раз, поэтому путь домой удлиняется... Однако все когда-то заканчивается, и ты все-таки уезжаешь из леса, усталый, но счастливый и умиротворенный. До очередного приступа. Впереди у тебя — обработка урожая, но это — совсем другая история.