Содержание:

Часть 1 можно прочитать здесь.

Говорят, что умные учатся на чужих ошибках, а дураки - на своих. Но есть категория людей, которых не учат даже собственные ошибки. К ним я и принадлежу.

К содержанию

Итак, роды номер два. Москва - год 2000

Мне уже далеко не двадцать. Но живот все такой же огромный, а глаза все так же полны небесной глупости. Откуда берутся дети, я знаю слишком хорошо. И внутренне готова ко всему. Недаром все 9 месяцев я твердила, как молитву: "Роды - это встреча, боль конечна..."

В катастрофическом безденежье меня вдохновляли примеры русских женщин, рожающих в поле, чукотских матерей, чьи дети появляются без помощи врачей в обледенелой тундре. Чем я, здоровая крепкая женщина, хуже? Мне не нужно особого отношения, достаточно уверенности, что врачи при необходимости придут на помощь. А бесплатный местный роддом для этого самое подходящее место.

Итак, выбор сделан и час "икс" наступил. Я его узнала сразу по знакомой тоскливой боли-схватки, но в роддом ехать не спешила. Решила дождаться 5-тиминутных интервалов и пережить схваточную боль в теплой чистой домашней постельке. Муж тем временем метался по квартире, снаряжая меня в больницу. Руководством служила американская книга "В ожидании ребенка". Там предлагалось взять с собой в роддом:

    - Эту самую книгу.
    - Часы с секундомером.
    - Магнитофон с любимыми мелодиями.
    - Теннисную ракетку или пластиковый шар.
    - Кинокамеру или фотоаппарат.
    - Бутылку шампанского.
    - Игральные карты...

И много других, столь же необходимых при бесплатных родах, вещей. Испугавшись, что снаряженную подобным образом, меня направят рожать в психиатрическое отделение нашей больницы, из всего перечисленного я взяла только тапочки.

Интервалы между схватками все уменьшались - пора ехать в роддом. Но как же хотелось оттянуть еще этот прекрасный момент! Поэтому заехали в супермаркет. Посмотреть на беременную, корчащуюся между полок, в три часа ночи, сбежался весь персонал. Оттягивать дальше было уже невозможно...

Ночью все дома выглядят достаточно уныло. Роддом не был исключением... Девушка, открывшая дверь, была удивительно молода. Но, боже, как же ей хотелось спать! Зевая, она приняла от нас коробку конфет, зевая, воткнула в меня ледяную клизму, зевая, покрасила меня йодом и зеленкой, зевая, повела куда-то по запутанным обшарпанным коридорам.

Предродовая. Я не знала, что такое бывает. Комната с несколькими кроватями, на которых корчатся женщины разной степени готовности. В изголовье моей кровати стоит наполненное судно. Туда периодически тоскливо опускает длинные волосы молодая девушка с соседней кровати. Потом, на пике схватки, она резко вскидывает голову, и малоаппетитные брызги разлетаются по всей комнате. За окном глубокая ночь, но громко играет радио.

Здесь-то мне предстоит долгожданная встреча. Я полна сил, боль под контролем, кажется, меня ничего не может испугать. Врач, меня осмотревший, подтвердил мою полную боевую готовность, сказав, что рожу в их смену, часика через два. А боль постепенно вступала в свои права. Мне что-то кололи ("Не твое дело!"), ставили капельницу ("У тебя не спросили, мужем командовать будешь!") А боль во мне все росла и росла. Прошли обещанные два часика, и три, и четыре, и пять, и шесть... Врачи давно сменились, девочка, лежавшая рядом родила, а моя боль выдавливала из меня остатки рассудка.

По радио играла оглушающее веселая музыка, под нее я металась, пытаясь не пропустить секундную передышку, уместить в нее хотя бы одно свое дыхание. Прикованная к высокой и узкой кровати, чтобы не пачкать пол, и пришитая иглой к капельнице, я пыталась найти позу, в которой я смогу прожить еще одну секунду. И - о, чудо! У меня получилось! Оказывается, если лечь на левый бок и высоко поднимать правую ногу, то боль, сжирающая тебя изнутри, чуть-чуть отступает. Но это упражнение в моем беременном исполнении оскорбило эстетические чувства акушерки:

- Андреева! Что за цирк ты тут устроила? Быстро опустила ногу! Смотреть противно!

Ногу я опустила, и на секунду притаившаяся боль, вырвалась наружу, разорвав меня на кровавую пыль. С этой секунды я перестала быть собой, да я вообще перестала быть человеком. Уже потом девочки, рожавшие со мной, рассказали, как вмиг стали огромными и черными мои, от природы, в общем-то, голубые глаза. Как брызнула кровь из прокушенной губы, как заскрипели и сломались о железо кровати мои коротко остриженные ногти. Оказывается, потом у меня, потерявшей от боли человеческий облик, отняли одеяло (испачкает!) и простынку (разорвет!). Оказывается, акушерки брезгливо и укоризненно качали головами, смеялись и крутили пальцем у виска, пили под музыку чай. А еще одна акушерка, прочитав в моей обменке, что я работаю в школе, сказала другой: "И вот таким придуркам мы доверяем своих детей..."

А потом пришел врач. Сел на голую клеенку, глядя поверх меня. Я нечеловеческим усилием собрала остатки разума и сумела прошептать: "Когда?" "Ну-у-у-у, еще не скоро. Часов 6, раскрытие остановилось..." Тогда я, цепляясь за него липкими руками и пытаясь поймать ускользающий взгляд, попросила как-то обезболить. В ответ он поднялся с кровати: "Терпи".

Боль опять распахнула для меня свою безумную черноту и, проваливаясь в нее, я успела прохрипеть ему вслед: "Я позвоню мужу, он привезет деньги, только сделайте что-нибудь!!!" Врач резко развернулся на каблуках, глаза цепко меня охватили. "Сделайте ей сон!" - скомандовал он медсестре. Тут же игла вошла в капельницу и через долю секунды боль сдулась, сморщилась, и я провалилась во что-то теплое. Это был сон. Потом меня везли бегом на каталке, в наркотическом дурмане меня рвало на части, кричали какие-то люди. Но вдруг весь гвалт перекрыл звонкий мяукающий звук "Уа-уа!"

Это была она, моя девчонка! Моя трудная, красная, свернутая в клубок на чьей-то ладони, девочка. Мне хотелось жить и всех любить. Я простила им все-все! Вот только сон никак не отпускал меня. Лежа в коридоре на каталке, с ледяным пузырем на брюхе и счастливо улыбаясь, я опять и опять проваливалась в него. В глубокий сладкий, счастливый сон. Хлоп! Звонкий шлепок чьих-то ладоней по щекам. Лицо акушерки было близко-близко.

"Андреева, ты не забыла, что должна позвонить мужу насчет денег? Поехали!"

Поехали...

Деньги он привез сразу. И все пришли их получать. Я, ничуть не жалея, отсчитывала бумажки. Ведь рядом со мной в прозрачном корытце лежал мой настоящий человечек. Она ведь еще не знает, что бесплатные роды у нас - занятие экстремальное, а родители ее такие бестолковые.

Зато теперь мне смешны экстремалы. Прыгают с парашюта? Летают на сноубордах, лазят по горам? Попробовали бы родить бесплатно в нашем роддоме!..

Светлана Андреева, zanoza66@mail.ru