Живет в селе Поповка Саратовской области в небольшом уютном домике Лебедева Александра Григорьевна, баба Шура, как называют ее внуки.

Поседевшие волосы, уставшие глаза, в которых затаилась печаль, но всегда добрая, всех согревающая улыбка. Она довольна прожитой жизнью. Все у нее есть: пенсии хватает, дети выросли, внуки растут, внучки — красавицы, уже и правнук есть. Но бывают минуты — улетают мысли бабы Шуры далеко-далеко, в те годы, о которых без слез вспомнить нельзя.

Семья Пчелкиных всегда отличалась трудолюбием, желанием помочь ближним, умением поддержать в трудную минуту. У Серафимы Андреевны и Григория Павловича росли замечательные дети: два мальчугана, Витя и Петя и дочка, прекрасная Александра. Кареглазая девчушка не могла сидеть на одном месте. Быстрая, шустрая, озорная, она всегда была занята каким-нибудь делом. Школа находилась в трех километрах от дома, но Сашу не пугало расстояние: ей нравилось учиться, она любила решать трудные задачи, с радостью ставила новогодние пьесы. Все в этом мире было светлым, добрым, лучистым.

В черный цвет перекрасила жизнь война. Саша плохо понимала происходящее: вместе со всеми провожала отца на фронт, утешала маму, плакала, как и все. Именно тогда, в первые дни войны, закончилось ее теплое, лучистое детство. Она не понимала — она чувствовала это. Не хотелось ей расставаться со школой, с подружками, с деревней... Но страна нуждалась и в ее неокрепших руках: вся семья Пчелкиных была направлена на работу в колхоз «Красный борец».

Александра вместе с матерью работала в полеводческой бригаде. Трудовые бригады состояли из женщин, стариков и детей. Двенадцатилетняя Саша трудилась изо всех сил: скидки на возраст не было. Она пахала на быках, косила и убирала сено, потом началась уборка.

После получения извещения о том, что их отец пропал без вести, мама часто не находила сил, чтобы поддержать своих ребятишек. А Александра жила надеждой, она продолжала верить, что папка их вернется, что скоро война кончится, что все они снова будут счастливы. Уставшая, часто промокшая, голодная, ночью она вспоминала мирную жизнь: школу, березовую рощу, пение птиц, чистую речку... В эти редкие минуты она уносилась в мир добра и тепла. Но новый день возвращал к тяжелым мыслям.

Жизнь становилась все труднее: рабочий день удлинялся, а пища с каждым днем становилась скуднее. Но пока работали в колхозе, жить было еще можно. Труднее стало, когда вернулись домой. Голод... Есть хотелось постоянно, Шура слабела, мысли путались, все реже она выходила на улицу.

Весной, как только снег растаял, они с братом Витей отправились на колхозные поля искать прошлогоднюю картошку. Как же радовались, когда удавалось выкопать несколько замерших клубней. Серафима перекрутила картофель на мясорубке и напекла лепешек. Младший Петенька визжал от радости. Все были очень довольны, и эти лепешки казались самым вкусным лакомством на свете.

В более удачные для семьи дни лакомились сусликами. Поймать их было трудно. Чтобы отловить этого проворного зверька, требовались быстрая реакция и смекалка. Сначала Шурка находила норку, затем в нее наливала воды и ждала, когда суслик покинет свое пострадавшее от наводнения жилище. Быстро схватив выбежавшего зверька, она засовывала его в сумку и несла домой. Суп получался отличный, вся семья любила его. В те дни, когда в колхозе забивали скот, можно было готовить бульон из лошадиных голов.

Дни шли... А известий об отце все не было. Саша никак не хотела верить, что он уже не вернется. Но черная весть не обошла их дом стороной, им сообщили, что Григорий погиб под Смоленском. А где он похоронен и похоронен ли? Могила его до сих пор не найдена.

В 1947 году восемнадцатилетней Александре вручили медаль за доблестный труд во время Великой Отечественной войны. Серафима Андреевна отправила дочку учиться в училище связи. Во время учебы она и встретила Александра, с кем была счастлива, которого любила и уважала. Ему она подарила четырех замечательных детей: Витю, Таню, Сережу и Иру — мою маму.

Часто мы сидим с бабушкой в саду и говорим о тех далеких днях, когда была она обыкновенной девчонкой и когда мечтала о счастье, о любви. И если я вижу, что на щеке у бабушки поблескивает слеза, я стараюсь не беспокоить ее воспоминаний. Я не знаю, что говорить в такие минуты: ком подкатывает к горлу, сердце сжимается от боли и жалости. Они были так молоды и беззаботны, а война заставила их повзрослеть, забыть о том, чем они так дорожили в довоенное время. И всем существом своим я выбираю мир.